Неджи просматривал личное дело. Мало миссий, для джонина — мало. Взгляд его упал на отметку о семейном положении. «Хм, замужем, есть ребенок шести лет. Кто женится так рано?» Не является ли это признаком легкомысленности? Впрочем, он дал себе слово не судить о людях поспешно. По крайней мере, постараться этого избегать. Кенара подходила по всем параметрам, оставалось еще выбрать двух чунинов, так что ящик с джонинами отправился обратно в недра шкафа.
— Чунины?
Шикамару постепенно задремывал, сложив руки и чуть присев на стол. Услышав вопрос, он встрепенулся и показал на последние два ряда ящичков в шкафу.
— Всё?
— Спасибо, что генинов не прислали. Одна из Старейшин там — весьма серьезная куноичи, к делу подходит основательно…
Впрочем, чунинов Неджи отобрал довольно скоро, взяв первых из тех, что соответствовали его основным требованиям к младшему составу.
— Не люблю миссии сопровождения, — сказал он помощнику Хокаге на прощание.
— Кто же их любит? — усмехнулся в ответ Шикамару.
========== Глава II. Звезды и Листья ==========
Комментарий к Глава II. Звезды и Листья
Antimatter - Over Your Shoulder
Я знаю, что это необычно, но в имени Реза ударение предполагается ставить на второй слог.
Господин Куробосу Акира, глава семьи Куробосу, намеревался совершить путешествие из столицы Страны Огня в Страну Волн, чтобы одна из выгоднейших для предприятия сделок была заключена в его присутствии. Затем господин Куробосу собирался отправиться в Рюсон — город, в котором имелся второй по величине филиал торгового дома семьи и где он проводил обычно не менее четырех месяцев в году. Существовала вероятность нападения, ведь такой богатый и успешный господин, крутого к тому же нрава, имел немало врагов. Караван состоял из трех повозок на шести волах, каждую обслуживало по два человека; один личный телохранитель постоянно находился при хозяине. Итого требовалось обеспечить безопасность восьми человек, включая самого Куробосу. Начало путешествия было намечено на 6 октября, команды Листа и Звездопада должны были встретиться накануне, 5 октября, в девять часов вечера в гостинице «Паломник».
Как только команда Звездопада вошла в столицу, Кенара сделала знак перейти на шаг. Им было рекомендовано не надевать форму, так что молодые люди легко слились бы с толпой, если бы не повязки с символикой деревни. Торойя, высокий и румяный юноша с взлохмаченными черными волосами над алой лентой с протектором, с любопытством оглядывался — он никогда раньше не бывал в большом городе. Его товарищ Каоро чувствовал себя намного более уверенно.
— Кенара-сэмпай, — сказал он, — вы когда-нибудь имели дело с кем-то из Хьюга? Бьякуган так хорош, как о нем говорят?
— Твой отец наверняка тебе рассказывал. Да, бьякуган обычно хорош настолько, насколько хорош его обладатель.
Каоро усмехнулся.
— Похоже, мы увидим лучшего из них. А еще я слышал, что бьякуган был не только у Хьюга, но и у потомков основателя нашей деревни. Почему мы не смогли сберечь наследие Ооцуцуки Нохары?
— Клан Хьюга предпринимал некоторые действия для сохранения своих секретов, не всегда гуманные.
— Вы имеете ввиду Проклятые печати, с помощью которых Старшая семья управляет другими членами клана?
Кенара внимательно посмотрела на чунина.
— Не только, — ответила она. — Еще и некоторую замкнутость клана, его сплоченность и приверженность традициям.
Но Каоро продолжал говорить о своем.
— Хьюга Неджи — представитель Младшей семьи, ведь так? Значит, у него тоже есть Проклятая печать, и глава клана полностью контролирует его действия?
— Мы почти ничего не знаем об этом, не имеет смысла строить предположения, — неохотно ответила Кенара.
— И такой человек будет главой отряда, а не вы?
Куноичи нахмурилась.
— Господин, о котором мы говорим, — намного более опытный шиноби, чем я. Скорее всего, он также значительно сильнее меня. Твои сомнения излишни.
— Зато вы свободны в своих поступках и вами точно никто не управляет, — заметил Каоро.
— Все мы не свободны, — тихо ответила Кенара.
Каоро был амбициозным юношей, сыном одного из прославленных шиноби Звездопада. Его команда отличилась на одном из прошлых экзаменов на чунина. Номика, который в юности обучался у господина Као, отзывался о его сыне наилучшим образом. Куноичи нравилось его стремление задавать сложные вопросы, но не нравились те выводы, которые юноша делал на основе ее ответов. Кенаре было любопытно, как он покажет себя в деле, если представится случай.
— Я волнуюсь, — произнес Торойя. — Никогда не бывал на миссиях с Листом.
— Дурак, — пожал плечами Каоро, — что трусишь перед Листом, и дважды дурак, что говоришь об этом вслух.
— Вот теперь лучше помолчать, — прервала его Кенара. Они подошли к «Паломнику». — Снимите номер на двоих, а я доложу о прибытии.
