Узнав номер комнаты, в которой остановился Хьюга, куноичи тут же разыскала ее и постучала в дверь. Неджи открыл сразу же. Кенара удивилась тому, как, оказывается, хорошо помнила его лицо. Со времени их последней встречи он еще более возмужал, но не изменил своим вкусам и по-прежнему отдавал предпочтение традиционному одеянию клана и носил длинные волосы. Его скулы теперь обрисовывались четче, лицо потеряло юношескую мягкость, между черными бровями появилась складка. Он был немного выше Кенары и довольно крепким с виду, хотя и не таким крупным, как ее муж. Девушке достаточно было доли секунды, чтобы все это заметить.
Кенара поклонилась, приветствуя его.
— Джонин Звездопада Масари Кенара в вашем распоряжении. Чунины Суягава Каоро и Торойя располагаются в двенадцатом номере.
Неджи взял документ из ее рук, бросил на него единственный взгляд и тут же вернул обратно.
— Ясно, — сказал он, поднимая глаза.
Под темными прямыми бровями, чуть приподнимавшимися к вискам, светло-серый, лавандового оттенка бьякуган без видимого зрачка казался еще более прозрачным и чистым. Кенара подумала, что этот человек, наверное, имеет склонность к гендзюцу, потому что она терялась во времени и пространстве, глядя прямо ему в глаза. В такие моменты концентрация на окружающей действительности требовала некоторого усилия.
Неджи не узнал бы ее, если бы встретил на улице без повязки. Он смутно помнил девочку-подростка в нелепых штанах, удивившую его скоростью и серьезным взглядом во время экзамена на чунина. Еще хуже помнил куноичи в фиолетовой форме, с которой воевал в одном батальоне, — только общее впечатление от решительного хмурого выражения на ее лице и стремительных отрывистых приказов. Вот разве что голос, глубокий чистый голос остался прежним.
Привычка замечать мелочи заставила его обратить внимание на ее ровный оттенок кожи, скорее смуглый, чем светлый, правильные в целом черты лица (если присмотреться, то глаза не идеально симметричны), крепкую изящную фигуру. Куноичи как куноичи, внешность ничего не говорит о способностях и силе. Перед ним был инструмент, который стоило проверить в деле, прежде чем давать оценку. Неджи потребовалось не больше времени, чем ей, чтобы составить свое впечатление.
— Вы можете быть свободны до девяти, потом жду вас здесь вместе с вашими чунинами на инструктаж.
Кенара поклонилась и, бросив мельком взгляд на постель с разложенными на ней картами и схемами, отправилась к себе.
Пожалуй, в номере Неджи было тесновато для таких многочисленных собраний, но все же, когда он свернул матрас и отодвинул его в сторону, все шестеро смогли усесться на пол полукругом перед развернутой картой.
— Итак, нас шестеро, — сказал Хьюга. — Я, джонин Листа Хьюга Неджи, буду осуществлять руководство миссией. Джонин Звездопада Масари Кенара — мой помощник и заместитель. Старшим из чунинов будет Яманака Реза, он специализируется на гендзюцу и в случае возникновения опасности сможет сбить врага с толку с помощью иллюзий.
Молодой человек лет двадцати поклонился. Из-под низко надвинутой на лоб банданы смотрели умные глаза. Короткие светлые пряди обрамляли щеки, на которых пушок еще не сменился щетиной.
— Медик отряда — куноичи Листа, чунин Оба Джи-Джи.
Симпатичная, немного застенчивая девушка улыбнулась и склонилась, сложив руки. Она казалась очень хрупкой, пальцы ее были покрыты царапинами и порезами, кое-где прикрытыми пластырем. Тонкие персикового цвета волосы спускались из-под косынки на спину до самой талии.
— Чунины Звездопада Суягава Каоро, специализирующийся на техниках Стихии Огня средних дистанций, и Торойя (техники Стихии Земли дальних дистанций).
Оба молодых человека поклонились.
— В дневное и ночное время как минимум четверо из шести человек будут постоянно охранять караван и господина Куробосу. Отдыхать будем по двое в отведенное для этого время — ознакомьтесь с этим графиком. Пары распределяются следующим образом: Кенара-сан и Джи-Джи, Реза и Каоро, я и Торойя.
Неджи показал схему передвижений, позиций шиноби во время следования каравана и на ночных стоянках, коротко рассказал об остановках в пути, о тактике на случай нападения. В одиннадцать все разошлись по спальням на отдых, чтобы завтра в семь утра покинуть столицу.
Как и большинство миссий сопровождения, эта миссия обещала быть скучной. Куробосу производил впечатление осторожного человека, который мог со всей возможной точностью рассчитать безопасное время для путешествий. К тому же им были предприняты некоторые меры, чтобы скрыть планы об отъезде, кое-кому он даже пообещал присутствовать на грядущем празднике в столице.
