Кайса хорошо выглядела, на вид ей можно было дать чуть больше тридцати. Черные волосы ее не потеряли своего яркого цвета, только у правого виска над ухом змеилась единственная белоснежная прядь. Седая прядь не портила общего впечатления, тем более что ее обладательница кокетливо выставляла ее напоказ, зачесывая волосы на левую сторону. Казалось, это настолько шло Кайсе, что даже не будь у нее седины, стоило бы немного подкраситься. У нее была чистая, смуглая кожа, небольшие морщинки вокруг глаз, которые все так же испытывающее и насмешливо щурились, красивые, слегка подкрашенные губы. С одной стороны лица у скулы была сделана изумрудно-зеленая татуировка — символ клана. Любой назвал бы эту женщину яркой и сильной, но Кенара видела затаенную горечь в ее глазах, какое-то разочарование то ли в себе, то ли в жизни, и невольно в ее памяти всплывали строки из письма.
Суреми Кайса узнала ее и на несколько мгновений остановила на девушке свой взгляд, но затем отвела глаза. Ей некогда было решать личные вопросы: она должна была подготовить группу джонинов для АНБУ Деревни Песка.
— Итак, вас здесь тридцать человек: двадцать из Суны и десять из Звездопада. В конце нашего курса обучения Страна Ветра рассчитывает получить десять первоклассных команд, которые составят резерв для подразделения по борьбе с контрабандой. Наша задача — не дать попасть всему тому, что представляет собой оружие шиноби, в руки тем, кто не состоит на службе ни одной из дружественных деревень. Я хочу, чтобы вы понимали: речь не только о кунаях или мечах, но обо всех техниках и технологиях, в том числе секретных. Охранять их — наша первостепенная задача.
Учиться предстояло в течение двух месяцев. Резервные команды отличались от постоянных тем, что привлекались к участию в крупных операциях и рейдах и выступали в качестве ударной силы, а в остальное время выполняли обычные миссии шиноби. Кенара была счастлива: она даже представить не могла, что у нее появится возможность жить по такому графику. Кроме того, куноичи любила учиться и все схватывала на лету. В итоге пару месяцев она проводила дома, с сыном, затем отлучалась в рейды на несколько недель и снова возвращалась. В ее отсутствие Сейджин с удовольствием жил вместе с Нинаки и Инари.
В конце долгого учебного дня джонины, задав все интересовавшие их вопросы, разбредались отдыхать. Кайса с улыбкой ждала, пока кабинет освободится, а когда мимо нее проходила Кенара, слегка коснулась рукава ее рубашки. Куноичи остановилась.
— Прогуляемся? У меня есть свой кабинет на втором этаже, — сказала Кайса.
Помещение было небольшим, имело лишь одно оконце где-то под потолком и освещалось плоскими белыми лампами. У одной стены стояло изящное кресло с мягким сидением и полукруглый стол с вырезом под него, у другой — небольшой диванчик. Комната была увешана разнообразным оружием и украшена плетеными экранами с символикой клана Суреми.
— Располагайся и расслабляйся, — усмехнулась куноичи и уселась напротив Кенары на другом конце диванчика, откинувшись на его спинку и забросив ногу на ногу. Одеяние цвета морской волны имело разрезы, так что одна из стройных ножек в сандалии оказалась на виду до самого края коротких шортиков.
«Мы виделись с ним пару лет назад на общей миссии», — вспомнила Кенара строчки из письма. «Интересно, с Номикой она так же себя вела?» Впрочем, как бы она себя с ним ни вела, важно было лишь то, что он оставался верным мужем. Могла ли сама Кенара похвастаться тем же? Правда, она была очарована вовсе не внешностью Хьюга, а его характером и поступками. Разве что глаза… и такое хладнокровное лицо… Впервые куноичи не подавляла в себе воспоминаний о Неджи, и то, как они подействовали на нее, привело ее в смятение. Она слегка покраснела и сделала вид, что разглядывает мечи на стене.
Если бы Кайса вдруг узнала, сколько самых разнообразных мыслей пробудил в ее собеседнице смелый разрез на одеянии, она бы, пожалуй, загордилась своим портным.
— Когда я узнала, что он женился на тебе, то испытала двоякое чувство: его поступок меня не удивил, а вот то, что ты ответила ему взаимностью, показалось странным. Номика почти сразу привязался к тебе, меня это даже забавляло, потому что он носился с тобой, как с родной дочерью. Полагаю, таким был ваш брак? Он заботился о тебе, а ты принимала его заботу?
Кенара вскинула глаза на собеседницу — та попала в самую точку.
— Я ведь знала его, хорошо знала, — Кайса усмехнулась. — Ах, какой это был соблазн — удобно устроиться под его теплым крылом… Но я предпочла свободу. Почему ты сделала иной выбор — вот что меня интересует. Мне казалось, ты мечтала быть шиноби, семейная жизнь тебя отнюдь не прельщала.
— Я не могла не ответить на его чувства. Не только из благодарности, он… он нравился мне.
— Ну и ответила бы на его чувства, зачем было выходить за него замуж?
Кенара смутилась. Кайса посмотрела на нее и рассмеялась.
— Знаешь, некоторых девушек наивность действительно красит, но не таких, как мы, — посерьезнев, сказала она.
