— Почту за счастье! — побледневшими губами пробормотал Стоян и крепко обнял ее за плечи, мол, не бойся — я с тобой…
«Держится неплохо, — оценила Алевтина. — Останемся живы…»
Продумать форму поощрения она не успела, потому что ушел пол из под ног. Она натянула шлем.
— В аэростате падает давление! — вопил пилот. — Только бы они не повредили пропеллер!.. Заканчиваю разворот…
И вдруг черная туча исчезла, словно раздвинули черные шторы. Остались красные отсветы на лицах.
— Смылись! Они смылись! — возопил пилот. — Чертовы твари!..
— Открой купол, — сказал Стоян.
Купол открылся, и они, глянув вниз, увидели, как черная туча входит в зеленые волны Леса. Глянули вверх — аэростат представлял собой печальное зрелище, сморщенный и поникший…
«Как член импотента», — мысленно нервно хихикнула Алевтина.
Но он еще нес гондолу.
— Он не свалится на нас? — спросил Стоян.
— Пока держит высоту, полетим на нем, — ответил пилот. — Но, думаю, это будет недолго… Потом отцепимся и полетим сами.
— А долетим? — спросил Стоян.
— Должны, — пожал плечами пилот. — Ветер попутный.
«Ух, как щекочет нервы!» — передернула плечами Алевтина.
Стоян теснее прижал ее к себе, решив, что она дрожит от страха.
— С чего это они? — спросила Алевтина.
— Лесу не понравилось наше любопытство, — предположил Стоян. — Видимо, для него это интим…
— Ты говоришь о нем как о живом и разумном, — с интересом посмотрела на Стояна Алевтина, потому что и у нее недавно создалось такое впечатление о Лесе, по крайней мере, как о живом.
— А он такой и есть — живой и разумный, — уверенно ответил он.
— Черт! — возник в наушниках пилот. — Пожалуй, отцепляюсь!
Алевтина посмотрела вверх. Аэростат выглядел уже не жалко, а угрожающе, нависнув над малюсенькой кабиной.
Снова сомкнулись над головами створки купола с разводами птичьей крови, и кабина вдруг резко рванулась вперед, превратившись в самолетик.
«Вот зачем крылья!» — догадалась Алевтина, сев от ускорения на пол.
Стоян открыл боковые сиденья и помог ей сесть.
— Жизнь, смерть, смысл… — произнесла Алевтина. — Тебе не страшно, Стоян?
— С вами нет! — ответил он
Алевтина, услышав обращение на «вы», удивленно посмотрела на Стояна.
Он ткнул пальцем в шлем.
«Предусмотрительный», — мысленно хмыкнула она.
— Как дела, мой пилот? — поинтересовалась она.
— Похоже, дотянем, — ответил он. — Сейчас передам, чтобы приготовили полосу… Самолет не дирижабль.
Алевтина сняла шлем. Ей все эти переговоры были неинтересны… Многие знания, многие печали… Лучше, просто, ждать и надеяться. На Бога и пилота. Хотя, может быть, все же лучше было бы упасть в Лес — все-таки новая жизнь… И почему она не пошла за Перецем?.. А может, он их на обратном пути подстрелит, заподозрив коварство?.. Почему-то ей не было страшно. За последние минуты, она столько раз опасалась за свою жизнь, что, пожалуй, ей это наскучило. Видимо, просто защитная реакция психики.
Она поднесла шлем к уху.
— Биостанция, — сообщал пилот. — Приближаемся к обрыву. Начинаю снижение. Пристегнитесь!..
Стоян заботливо пристегнул ее к борту самолетика.
— Вижу поселок… — продолжал докладывать пилот. — Иду на посадку. Держитесь покрепче.
Стоян, сидя рядом, еще крепче прижал ее рукой к креслу и борту.
— Полоса свободна… Отлично!.. Садимся…
Алевтина ощутила посадку только по легкой вибрации самолетика.
«Хороший пилот, — оценила она. — А страхов-то нагнали…».
Самолетик остановился.
— Благодарю за хорошую работу, — сказала Алевтина.
— Рад стараться, — бодро ответил пилот.
Алевтина сняла с себя руку Стояна и отстегнула ремень. Открылся купол. Они встали с кресел. К самолетику ехал лимузин, поднимая за собой пыль.
— Встречают, — констатировала Алевтина.
Из лимузина выскочили: Тузик с Домарощинером, начальник аэрослужбы, главврач и пара телохранителей.
Стоян первым спустился по трапу и подал руку Алевтине. Она величественно, насколько позволял узенький трап, спустилась на землю, которая, как оказалось, почему-то изрядно качалась. Но Стоян крепко ее держал.
— Та-ак, — замедлив шаги при приближении, многозначительно произнес Тузик. — Воздушные прогулки, стало быть, совершаем, вчерашнего мало показалось?
— Нет, пусик, — тяжко вздохнула Алевтина. — Вчерашнего мне было больше, чем достаточно… Накачалась так, что утром ноги подгибались… Вот и решила с бодуна проветриться… На трезвую голову не решилась бы… А насчет твоих прозрачных намеков… Пилот, — крикнула она. — Поднимите купол кабины!
Купол стал закрываться.
— Как ты думаешь, что это? — показала она на запекшиеся кровавые разводы.
— Грязь, — пожал плечами Тузик.
— Нет, пусик, это кровь… А где аэростат от дирижабля?
— А где? — повторил Тузик.
— В Лесу валяется, где и мы могли бы… Так что нам было не до того, на что ты намекаешь…
— Опять Перец?!
