Но это обстоятельство не помешало сплетням и пересудам в портовой таверне среди моряков – завсегдатаев этого заведения. Нередко здесь напивались до поросячьего визга, до падения мордой в грязь, до очередной «белочки», чтоб ей, паскуде, провалиться на том свете. А уж перемыть кости начальству или богатеям, так это со всем нашим удовольствием. Посплетничать здесь любили, потрепаться тоже. Если посчитать количество морских змеев, которые видели побывавшие здесь посетители, то ихним мясом можно было бы год кормить весь город с утра и до вечера, и даже добавлять в компот.
– Этот китайский целитель весь путь ничего не ел и сидел голой жопой на гвоздях, – хрипел пропитый бас бородатого детины размером с полотняный шкаф. – Только воду пил, йог задрипанный.
– А как он людей лечит? – попискивала нахальная рябая рожа.
– Иголки под ногти загоняет да прутом горячим, прямо из печки, шкуру жжет, – клялся и божился польщенный вниманием стюард, приставленный к китайцу на время плавания и уже изрядно подпоенный жадными до новостей доброхотами.
Слухи о китайском целителе расползались как тараканы, вопреки стараниям господина Нортона. Скрыть тайну приезда китайского целителя Хуа Гао от посторонних не удалось. Первый прокол вышколенной охраны Хозяина Компании.
Впрочем, это было новостью первые пару дней, потом о китайце забыли. Своих дел был целый воз и маленькая телега.
Светило медицины, к которому обращались, и это не считалось зазорным, даже коронованные особы европейских государств, сидел в удобном кресле в личных покоях Герда Нортона. За знаменитым врачом, профессором медицины, пришлось ехать небезызвестному нам Друбецкому, впрочем, долго уговаривать профессора не пришлось. Нортон платил щедро, а деньги Метру требовались, ежедневно во все больших количествах.
Герман Бургаве совсем недавно женился на молоденькой ассистентке, младше его на целых двадцать лет. Эта молодая особа сосала денежки из «милого котика» с такой силой и настойчивостью, что у нормального человека сразу бы зародилась мысль: «А на кой мне эта кровососущая пиявка?» Но Герман был по уши влюблен и ничего не видел или просто не желал видеть.
Как бы то ни было, но профессор внимательно осмотрел Александра – сына господина Нортона, и вынужден был заметить:
– Господин Нортон! За прошедший год никаких улучшений в болезни вашего сына не произошло. Однако и ухудшений тоже нет.
– Я хочу вызвать из Китая местную знаменитость Хуа Гао. Что вы о нем знаете?
– Я лично с ним не знаком, но слышал много хороших отзывов о нем, однако хочу вам сказать, что вашему сыну не поможет и сам Господь Бог. У Александра разорваны связи позвоночного столба с мозгом, и восстановлению это не подлежит.
– Вот письмо, которое я получил от Хуа Гао. Так вот, он утверждает, что открыл способ шить не только плоть, но и нервные нити. Он берется восстановить нарушенную связь и вернуть Александру подвижность, – Герд был настойчив в желании помочь сыну. Хватался за все, что могло бы помочь мальчишке.
– Если он на это способен – он гений и я буду просить его поделиться знаниями в нашей школе. Но, честно говоря, я в это не верю. Думаю, что он все же авантюрист и мошенник.
Герд не мог спокойно сидеть на одном месте. Нервно расхаживая по кабинету, он неожиданно заявил:
– Доктор, а если я вам предложу в ходе лечения осматривать Александра? Мне очень важно ваше мнение о ходе лечения. Ваши услуги, безусловно, будут хорошо и весьма щедро оплачены, – подойдя к массивной шкатулке, стоявшей на письменном столе, и открыв крышку, Герд достал пару туго наполненных мешочков и протянул их Бургаве.
– Это только аванс. Я хочу, чтобы вы не покрывали шарлатана, обманывающего людей, а дали мне точное и обстоятельное заключение.
– Я буду объективен. В этом можете не сомневаться. Когда прибывает господин Хуа Гао?
– Через неделю, может больше. Вы хотите с ним переговорить?
– В этом нет необходимости. Господин Хуа Гао весьма нелестно отзывался о моем опыте лечения оспы. Я не хочу ему мешать. Пусть покажет искусство врачевания.
«А я посмотрю и опозорю “коллегу” на весь свет. И поделом будет шарлатану, посмевшему публично посмеяться над моим трудом», – так или примерно так думал эскулап, направляющийся домой в объятия разлюбезной супруги.
В тот же вечер на Туманном Альбионе было получено доставленное голубиной почтой сообщение:
В комнате находилось двое. Один сидел в кресле и внимательно читал доставленную голубиную депешу, второй стоял, смотрел в окно, молчал, давая возможность прочитать послание.
– Что это? Ты же утверждал, что вылечить мальчишку невозможно.
– Конечно невозможно. И я от этого диагноза не отступлюсь.
– И что нам следует предпринять?!
– Я думаю, что ничего предпринимать не стоит. Шпионы Нортона и так шныряют рядом. Подождем, посмотрим. Не исключено, что этот целитель обыкновенный шарлатан.
