— Да ты, психованный, способен сплотить даже заклятых врагов. Лишь бы заткнуть тебя.
Брэнносклабился.
— Хорошо, — выпалил он. — Вы заговорите скоро по-другому. Когда поймёте, что я прав. Нам не выбраться отсюда. Из-за чародейки.
Картинно мотнув головой, Брэнн толкнул плечом Лету и удалился. Все посмотрели ему вслед. Арон выругался и, поднявшись, направился чинить покосившуюся после ночного порывов ветра палатку капитана.
— Вот мелкий упырь, — хмыкнул Конор. — Рихард, займись воспитанием крысёныша. Разве мама не говорила ему, что за дерзость наказывают? Кнут не проучил его… Не смотри так на меня, змейка.
— Ты действительно не понимаешь? — поджала губы Лета. — После всего, что мы пережили?
—
— Можно подумать, с тобой это каждый день случалось.
— Раз в месяц.
— Понятно, почему ты такой, — заключила она.
На Конора её тон не подействовал. И вряд ли что-то ещё подействует, ведь он с самого первого дня на острове вернулся к хамоватой личине подонка, разве что более трезвой. Лета успела привыкнуть к тому Конору, что по большой части молчал и редко позволял себе язвить спутникам.
— Какой? Единственный, кто не растерял мозги по всему берегу? А ты, наверное, думала, это водоросли…
— Остановись, — подняла ладонь Лета. — Прекрати. Нам всем пришлось тяжёло…
— И что? — перебил Конор, дёрнув подбородком. — Ну, давайте соберём цветочки в лесу, венки сплетём друг другу и хороводы поводим. Никто ж не торопится свалить с этого острова.
— Здесь хотя бы нет Инквизиции, — вдругсказал Берси.
— Здесь ничего нет, сладкоголосый.
— Я просто ищу положительные стороны.
— Твоё мнение никого не колышет, — Конор уселся рядом с бардом и стукнул пальцем по инструменту. Берси вздрогнул. — Лучше сыграй чего-нибудь. Глядишь, и желание встревать в чужой разговор пропадёт.
— Вот что, по-твоему, мы должны сделать? — поинтересовался Марк, недовольно глядя на Конора. — Построить плот и догрести на нём до Сфенетры?
— Уж точно не вцепляться друг другу в глотки. И не говори, что белобрысый первый начал.
Марк что-то пробурчал себе под нос. Лета успокаивающе погладила его по предплечью, сообщая взглядом, что его злость бесполезна. Он улыбнулся ей краем рта.
Подвинув его в сторону, Лета заглянула в палатку. Внутри на клочке паруса спала магичка. Бледная, как несвежий кофе с большим количеством молока. Тонкая рука тянулась к лучику солнца, пробивавшемуся сквозь щель в крыше. Её платье, местами порезанное и оборванное, сушилось на воткнутой в песок палке возле лука Марка. Чародейка была укутана в плащ керника, тоже тщательно выстиранный.
— Она не просыпается, — сказала Лета. — Должно быть, потратила слишком много сил.
— Пусть спит, — отозвался Марк. — Так лучше, чем когда она мучалась кошмарами.
— И мне тоже надоели крики твоей девки по ночам, — ухмыляясь, вставил Конор. — Я хотел посоветовать тебе заставитьеё кричать от кое-чего ещё, но ты бы и слушать не стал.
Марк перешагнул через остывшее кострище к нему, но Рихард тут же схватил его за руку.
— Тяжёло с юмором, волосатик? — ухмылка Конора стала шире.
— Иди, подыши воздухом, — проговорил Рихард, и Марк не стал особо сопротивляться.
Конору хватило совести ничего не бросить вслед. Он лишь покосился на Марка, ковыряя прутиком рыбные кости в пепле. Рихард ободряюще хлопнул Лету по спине и пошёл помогать Арону с палаткой.
Тивурий без конца смотрел на то, что осталось от его корабля, равно как и Лета пялилась на солнце каждое утро. Даже сейчас он не замечал, как двое мужчин суетились с парусами возле него, пытаясь воссоздать первоначальный вид убежища. Казалось, Тивурию было всё равно, что с ними всеми в итоге станет.
Прошло три дня. А они до сих пор не знали, что им делать. Как выбраться с Осколка.
«Мы застряли здесь».
Они не проделали и половины пути до Иггтара. У них не было никакого плана. Чего уж там, они собрание по этому поводу не смогли устроить, потому что никто не представлял, как быть дальше.
С корабля сняли одну шлюпку, оставшуюся целой, не считая нескольких дырок. Их можно было заделать, и тогда лодка донесла бы их до соседнего острова. Но не до большой земли.
Зато рыбы водилось много, а в лесу, который начинался за пальмовой рощей, Марк видел мельком кабана и собрал какие-то тёмно-жёлтые фрукты вытянутой овальной формы, кислые, но, как сказал Тивурий, съедобные. Без еды они точно не пропадут. С пресной водой вопрос был также решён, когда, решив прогуляться по тому же лесу и проветрить голову, Лета набрела на ручей.
Ониостались на берегу. Кто знал, что могло бродить среди кустов гибискуса и светлых стволов стрихноса, кроме животных. Но если начнётся дождь, им придётся найти там укрытие.
Они обязательно выберутся с острова. Придумают что-нибудь. Но пока… Им всем нужно отдохнуть от пережитого.
Лета опустилась на землю и подтянула ноги к груди. Взгляды её и Конора схлестнулись на мгновение.
