Сегодня утром, выпутавшись из тревожного сна, она обнаружила рядом ярко-красный цветок с чёрными разводами на лепестках. Такого она никогда не видела. Цветок словно обмакнули в кровь и сажей нанесли на него странные узоры. А пах он так сильно, что кружилась голова. Наверное, рос где-то в самой глубине влажного леса, в пышных зарослях папоротника.
Она бы согласилась, если бы он предложил отвести её туда.
Лета могла ошибаться, и цветок положил кто угодно из мужчин. Марк… Или робкий Берси.
Ей хотелось думать иначе.
— А кто такой этот Маверик? — спросил Берси и отложил лютню.
Тивурий медленно повернул голову в его сторону, но так и не отвёл глаз от «Княжны».
— Король пиратов, — отвечал он глухо. — Когда первые владыки Лутарийских княжеств начинали свой путь, в море властвовал грозный предводитель разбойников. Он грабил всех: людей, эльфов, он отваживался заходить в воды Золотых Земель и даже, как говорят, переплыл Рубиновый океан и встретил там целый материк, которого нет ни на одной карте. Он был самым богатым капитаном в истории и самым свирепым. Ходили слухи, что даже морские змеи перед ним преклонялись…Капитан «Дикой девки». Владыка морей.
— Что с ним случилось?
— Он и команда его корабля отправились на Драконьи Хребты. Говоряти по сей день, что на той заснеженной земле Древние спрятали свои сокровища. Больше о Маверике никто не слышал. С Хребтов мало ктовозвращается — ледяная пустыня на многие вёрсты вперёд и ничего больше.
Тивурий посмотрел на «Княжну», но без тоски и боли в глазах. Глядел так, будто спрашивал у неё позволениярассказывать дальше.
— Острова эти были его домом и обителью для всех морских разбойников, — продолжил Тивурий, с усилием оторвав взгляд от разрушенного корабля. — Раньше они процветали, и здесь пираты становились торговцами. Но после того, как Маверик исчез, острова плавно шли к запустению. Медная война окончательно выгнала те остатки пиратов, что населяли архипелаг. На островах по-прежнему собираются разбойники, но только для того, чтобы передохнуть и набрать пресной воды, если они держат путь к Золотым Землям. Сейчас пиратами облюбовано южное побережье Леадаматского полуострова, куда обычно не суются сирены и другие чудища. Ну и илиары перестали бдеть. Пиратство едва мешает Китривирии.
— Я бы остался здесь в его времена, — произнёс Конор. — Похоже, этот поганый остров был популярным местечком.
— В тот век нас бы, скорее всего, попросту убили, — пожал плечами Тивурий. — Но риск иногда бывает оправдан. Маверик забирал к себе в команду тех, кого буквально вчера собирался повесить.
Лета, слегка разомлевшая от его рассказа, обхватила колени руками и поглядела вдаль, на тысячу сверкающих под солнцем осколков. Ей чудился пиратский флаг на горизонте.
Вслед за сумерками на остров опустилась ночь, покрывая небовышивкой звёзд по густо-чёрной ткани. Безмятежное море у берега было прозрачным и тёплым. Намного теплее, чем пронизанный тишиной воздух.
Марк стоял по колено в воде, занятый отмыванием липких пятен на рубахе и земли на руках. Пытаясь добыть на ужин что-то сытнее водянистой плоти рыбы, он слишком далеко забрёл в лес. Заблудился в зарослях и угодил в овраг, на дне которого валялись кости мелких зверьков и гнилые плоды какого-то дерева. Марк не стал дожидаться возвращения хозяина ямы и выбрался из неё, собрав телом все недоеденные фрукты. Их вонючий сок глубоко впитался в одежду и кожу и, что хуже, приманил кусачую мошкару. Кабана онв итоге не догнал, но не вернулся на побережье с пустыми руками. Поужинали они крупной птицей с огромным клювом, синим оперением и красным хохолком на голове. Некоторые отказались съедать такую красавицу. Марк жеперестал восторгаться здешними красотами флоры и фауны и умял свою долю, ибо к концу его сегодняшнего путешествия урчание голодного желудка слышал, наверное, каждый обитатель Осколка.
От Марка разило дохлым скунсом. Руки были усыпанны пунцовыми бугорками укусов насекомых и, как назло, все лечебные зелья и мази либо утонули, либо разбились во время шторма. Он только надеялся, что это не вызовет лихорадку. Он слышал о болезнях, подхваченных в подобных местах, где царила влажная жара, а многие деревья и звери были ядовиты, и последнее, чего желал — сдохнуть тут, на берегу забытого богами острова, подавившись рвотой и кровью.
Он учуял запах северянина, хранивший ароматы холодной соли и морозного утра под слоем пота и крови какого-то животного. Видать, отобедал где-то в лесу. Лета могла этого не признавать, но, хоть Конор выглядел как человек, ему требовалась кровь. Вполне может быть, что не для выживания, а для восполнениятёмногодара, позволявшего принимать обличье тумана. Но это мало отличало его от вампиров.
Он не скрывал своих шагов, и Марк нахмурился, продолжая отстирывать одежду. Он ожидал, что Конор заговорит, но молчание затянулось. Северянин стоял неподалёку и смотрел на границу, разделявшую небо с морем.
