Лета с обречением вздохнула. Зная Рихарда, она уже представляла, как всё будет происходить. Он поблажек делать ей не станет. С ним она и зелье выпьет целиком, и связана будет так, что что шансов распутаться под водой у неё точно не останется.
Рихард ушёл, подмигнув напоследок Иветте, от чего магичка вздрогнула. Лета допила чай. Кушрим стукнул ладонью по столу, сокрушаясь по поводу отметины, оставленной кинжалом.
— Спасибо, — буркнул возле кастрюль Белав.
— Нет проблем, — ответила Лета. — Он тот ещё зверь, когда дело касается пробежек.
Если Рихард взялся кого-то учить, то смертельной усталости, безостановочно ноющих мышц и болезненных травм было не избежать. Даже Драгон, который славился своей суровостью в обучении, более щадил воспитанников Кривого Рога. По крайней мере, он не заставлял их бегать несколько часов подряд вокруг озера, без перерывов и хоть одного глотка воды.
Она встретила взгляд Иветты.
— Что такое?
— Так это всё было… по-дружески? — неуверенно спросила чародейка.
— Что именно?
— Ну, кинжал и…
— Да. Он даёт мне право возражать ему. Было б это не так, я бы живой с кухни не ушла.
— Он пугает меня, — призналась Иветта.
— Поверь мне, есть мужчины куда страшнее, чем Рихард, — произнесла Лета, вставая из-за стола. — И один из них находится в этом лесу.
***
Стих размеренный ритм барабанов, пронёсшийся по всему лесу. Замолчали и волхвы, утробным голосом вещавшие слова древности. Успокоился ветер, нагнав серые облака, скрывшие солнце.
Лета уже не видела лица Белогора, окуривавшего её дымом волшебных трав. Не чувствовала, как палец Рихарда чертит на её лбу Знак Воды смесью измельчённых листьев Древа Бога и её собственной крови. Не слышала произносимых Куштримом молитв Кернуну. Она не ожидала, что страх подступит так скоро. Она хотела встретиться с ним на вершине утёса, перед самым концом.
Глубокое пресноводное озеро у подножья высокой скалы носило имя Чаша Двух Лун. Как и Древо Бога, оно было священным. Считалось, что здесь лесной бог пролил первую слезу, когда увидел, что люди делали с его творениями. На берегу Чаши волхвы и Стражи встречали все праздники и проводили все ритуалы.
Почти круглое, озеро не было большим, но до дна добираться было тяжело. Его глубины вполне хватало, чтобы при падении не расшибиться о низ Чаши. В то же время без особого труда можно было достать и тела после смертельных исходов.
Лета отрешённо глядела на противоположный берег озера. Оттуда за ней наблюдали. Некоторые из маарну изредка приходили посмотреть на Обряды. По серой озёрной глади стелился ленивый туман, похожий на дым от костра. Выступающий над водой край скалы отдалённо напоминал ладонь великана. Девушка нашла это чрезвычайно красивым. Как и всё в Траквильском лесу.
Да уж, умирать нынче она не намеревалась.
Когда волхвы и Рихард расступились, открывая ей путь к утёсу, Лета набрала в грудь побольше воздуха и пошла. Она ни на кого не смотрела. Если встретит взгляд Марка, передумает. Если позволит себе думать — тоже. Отказ от Обряда был равносилен позору.
Рихард молчаливо следовал за ней, пока она взбиралась по скале. Для этого пришлось зайти с другой стороны, где по её наклону шла плавная тропа. Время, которое она потратила, чтобы добраться до вершины, она использовала на внутреннюю подготовку. Вроде бы она успокоилась. Всё было под контролем. Ей никто не даст сегодня умереть. Хоть она не одобряла вмешательства Иветты, магичка вряд ли будет её слушать и вытащит с того света, если она сама не вернётся. Но тогда это станет последним днём Леты в Кривом Роге. С обманщиками тут не церемонились.
Лишь на вершине Рихард позволил себе заговорить. Он зажёг фонари на каменном алтаре, взял оттуда верёвки и обернулся к ней.
— Оставайся спокойной, — проговорил он, шагнув к ней.
Лета опустила голову и закрыла глаза. Откуда-то пролез первобытный страх и принялся пожирать её, дотягиваясь до каждой клеточки тела. Утром такого не было. Она волновалась, но то было ничто перед тем, что она испытывала сейчас. Ей хотелось припасть к земле и ползком убраться отсюда как можно дальше. Ноги начали трястись, усугубляя её состояние.
Рихард крепко связал её руки спереди, затем вернулся к алтарю и поднял заранее приготовленную чашу с зельем. Лета выпила мерзкую густую жижу, в которой Белогор смешал, наверное, все нужные растения вместе с землёй, и подавила рвотный позыв. Но она бы вылакала дочиста и десять таких чаш взамен прыжку в озеро.
— Для меня честь быть под твоим началом, — шепнула Лета Рихарду, и тот ответил ей неспешным кивком.
