– Доступ обеспечен, – подтвердил полковник. – Завтра в 22:00 мы начнём корректировку конфигурации. К 22:30 всё будет готово для основной фазы операции.
Виноградов задумчиво погладил бороду:
– А как насчёт возможных помех? Левшин и его группа, Охранное отделение, демоны?
– Левшин и его люди будут заняты другим делом, – с лёгкой улыбкой ответил Верховский. – Мы подбросили им ложный след – информацию о готовящемся теракте в Петропавловской крепости. Что до Охранного отделения, они не вмешаются без прямого указания сверху, а такого указания не будет. А демоны… – он пожал плечами, – им нет дела до наших внутренних дел, пока это не угрожает их кварталу.
– Вы слишком уверены, полковник, – нахмурился профессор. – Это может оказаться опасным.
– Я предпочитаю термин "хорошо подготовленный", – парировал Верховский. – К тому же, мы действуем с высочайшего одобрения. Это должно придавать нам уверенности.
– Да, но… – Виноградов замялся. – Степень риска всё равно остаётся высокой. Мы играем с силами, которые не полностью понимаем.
Полковник склонился над столом, его холодные глаза уставились на профессора:
– Именно поэтому мы должны действовать сейчас, пока у нас есть преимущество. Нестабильность барьера даёт нам уникальный шанс. Мы можем получить доступ к технологиям и знаниям, которые продвинут империю на столетия вперёд. Сделают нас непобедимыми.
– Или уничтожат нас, – тихо ответил Виноградов. – Не все из тех существ дружелюбны, полковник. Некоторые из них рассматривают нас лишь как… ресурс.
– Мы будем достаточно осторожны, – отрезал Верховский. – И у нас есть защитные меры. Артефакты из императорской коллекции, ваши заклинания, моя подготовка. Не говоря уже о поддержке наших… консультантов.
При этих словах дверь кабинета беззвучно открылась, и в комнату вошла высокая фигура в тёмном плаще с капюшоном, скрывающим лицо. Движения фигуры были странными – слишком плавными, словно та не ходила, а скользила над полом.
– Вы говорили обо мне? – произнёс пришелец голосом, который звучал словно несколько голосов одновременно, перекрывающих друг друга.
– Мы обсуждали последние приготовления, – ответил Верховский, слегка поклонившись фигуре. – Всё идёт по плану.
Фигура откинула капюшон, открывая лицо, которое с первого взгляда казалось человеческим, но при более внимательном рассмотрении обнаруживались тревожные детали – слишком бледная, почти прозрачная кожа, глаза неестественного фиолетового цвета, странные пропорции черт.
– Хорошо, – произнесла фигура. – Мой Повелитель будет доволен. Когда барьер ослабнет, мы сможем начать подготовку для его прибытия.
– А наша… награда? – осторожно спросил Верховский. – Знания и технологии, которые были обещаны?
Существо улыбнулось, но эта улыбка не затронула его глаз:
– Конечно. Мой Повелитель всегда выполняет свои обещания. Вы получите то, что заслуживаете.
Что-то в интонации, с которой были произнесены последние слова, заставило профессора Виноградова внутренне содрогнуться. Но Верховский, казалось, не заметил этого или предпочёл игнорировать.
– Тогда мы продолжим согласно плану, – сказал полковник. – Завтра в это время барьер будет ослаблен достаточно для ваших целей.
– Превосходно, – кивнуло существо. – А теперь, если вы не возражаете, мне нужно провести определённые приготовления. Прибытие моего Повелителя требует… особых условий.
С этими словами фигура вновь накинула капюшон и вышла из комнаты так же беззвучно, как и вошла. Когда дверь закрылась, профессор Виноградов тяжело вздохнул:
– Я не доверяю ему, полковник. Что-то здесь не так.
– Ваша паранойя неуместна, профессор, – отмахнулся Верховский. – Мы заключили взаимовыгодную сделку. Они получают временный доступ в наш мир для своих исследований, мы получаем доступ к их знаниям. Всё просто.
– Ничто не бывает просто, когда дело касается существ из-за барьера, – покачал головой старик. – Я изучал древние тексты достаточно долго, чтобы знать это. Они всегда имеют скрытые мотивы.
– В таком случае, – холодно улыбнулся полковник, – у нас это общее. У меня тоже есть свои мотивы, профессор. И поверьте, я знаю, что делаю.
С этими словами он вернулся к изучению документов, давая понять, что разговор окончен. Профессор Виноградов некоторое время смотрел на него с тревогой, затем тяжело поднялся и вышел из кабинета, чувствуя, как с каждой минутой усиливаются его дурные предчувствия.
Вечер того же дня. Особняк Николая Левшина на Фонтанке превратился в импровизированный штаб операции. В просторной гостиной собрались все ключевые участники предстоящих событий: капитан Соколов, Василий Лебедев, заметно окрепший за последние дни, хотя всё ещё бледный и с тёмными кругами под глазами, доктор Штерн, Даниил, представляющий демоническое сообщество, Анастасия Воронцова и, конечно, сам хозяин дома.
В центре комнаты, на большом овальном столе, была разложена детальная карта Петербурга, над которой сейчас склонились Николай и Василий, отмечая на ней какие-то точки серебряным карандашом.