– Утром мы с ним беседовали с глазу на глаз, – рассказывал он. – Полагаю, мне удалось смягчить его гнев, направленный на вас. – Должно быть, облегчение отразилось на моем лице слишком явно, поскольку Арлингтон нахмурился. – Марвуд, я сказал, что герцог смягчился, а не сменил гнев на милость. Но даже это оказалось трудной задачей. Я был вынужден пойти на нежелательные уступки. Бекингем по-прежнему стремится наказать вас, и его волю нужно уважать. Герцог требует, чтобы я уволил вас и со своей, и с королевской службы. Я как следует все обдумал и согласился на предложение Бекингема. Отныне путь в Уайтхолл вам заказан. Пожалуй, из вашей истории можно извлечь мораль: мудрый человек должен помнить свое место и стараться угождать тем, кто стоит выше его.
– А как же обвинения Раша?
– На этот счет не беспокойтесь. Он вас не потревожит.
Тут я едва не обозвал Арлингтона самодовольным, порочным лицемером, способным лишь запугивать всех вокруг, и чуть не заявил, что они с герцогом два сапога пара. Однако, будучи трусом, я просто опустил голову, что можно было истолковать как выражение покорности.
– С сегодняшнего дня вы в отставке, – продолжил Арлингтон. – Завтра утром вы покинете Юстон. Я уверен, что вы не станете разглашать сведения, полученные на службе, – вы же не до такой степени обделены умом. Вам прекрасно известно, что будет, если вы начнете трепать языком.
– Можете рассчитывать на мое молчание, милорд, – ответил я.
– Кстати, о господине Раше. Прошу вас доставить его лошадь в Лондон. Вы найдете ее на конюшне.
– Не понимаю.
Арлингтон пожал плечами, всем своим видом давая понять, что мое тугодумие его ничуть не удивляет.
– Лошадей, которых вы оставили в Прайорс-Холте, сегодня привели сюда. Мне сказали, что господин Раш покинул Ньюмаркет, поэтому сам он свою лошадь забрать не может.
– А как его слуга, милорд? Тот, которого избили на улице.
– Не приходя в чувство, умер от полученных повреждений. И кстати, о смертях, сегодня я узнал еще одну новость. Тело слуги герцога Бекингема, человека по имени Роджер Даррелл, нашли в кустах на обочине большой дороги между Элведеном и Ньюмаркетом. Похоже, несколько дней назад на Даррелла напали разбойники и убили его. Вердикт коронера это подтвердит. Шайка, совершившая злодеяние, покинула здешние места. – Арлингтон побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. – Это все.
Как оказалось, не совсем. Я уже подошел к двери, когда Арлингтон меня окликнул.
– Вы счастливчик, Марвуд, – объявил он. – Хотя сейчас вам, наверное, так не кажется. Обратите взгляд в будущее. При дворе герцог уже не пользуется таким влиянием, как раньше. Может статься, мы снова увидим вас в Уайтхолле, причем скорее, чем вы думаете.
Я с поклоном оставил лорда Арлингтона одного в кабинете.
В среду днем Кэт нанесла визит в дом господина Раша в Хаттон-Гардене. Об этой встрече они с хозяином договорились заранее. После возвращения из Юстона два дня Кэт провела исключительно на Чард-лейн и в доме под знаком розы, делая чистовые копии и работая над проектом будущей конюшни для лорда Арлингтона. А еще, чтобы побаловать себя, она записала кое-какие идеи для новой церкви в парке Юстон-холла.
За время ее отсутствия Бреннан на удивление далеко продвинулся в строительстве богадельни. Кэт недооценила его способности. К тому же погода в Лондоне оставалась преимущественно засушливой, и Бреннану удалось нанять больше работников, чем они ожидали, за что им следовало благодарить проволочки на Чипсайде: там трудился над одним из своих проектов для Сити господин Гук. Иногда удача была на их стороне, хотя у Кэт создавалось впечатление, что судьба чаще благоволит другим.
Раш с молодой женой вернулись в Лондон в субботу. Он написал Кэт, что с самого приезда у него нет ни минуты свободной. Не удержавшись, Раш поделился с ней новостью: лорд Арлингтон выдвинул его кандидатуру на доходное место в Комиссии по зарубежным плантациям, ссылаясь на то, что во времена протектората Раш, служивший под началом принца Руперта, приобрел богатый опыт мореплавания и к тому же доказал, что обладает острым деловым чутьем, не раз вкладывая средства в африканские торговые предприятия.
Более того, писал Раш, он был вынужден улаживать дела своего несчастного разорившегося тестя, в том числе назначить скромное ежегодное содержание госпоже Сюзанне, с которой господин Хадграфт только что обручился. Но сейчас у Раша наконец появилось достаточно свободного времени, чтобы уделить внимание богадельне на Чард-лейн. Он попросил Кэт прийти к нему домой, и после того, как она даст ему полный отчет о том, как продвигается строительство, они отправятся на Чард-лейн вместе.
Встреча была назначена на три часа. Слуга проводил Кэт в гостиную, где сидели госпожа Раш и госпожа Сюзанна. Грейс смущалась и явно чувствовала себя некомфортно в своей новой роли хозяйки дома господина Раша. Госпожа Сюзанна, наоборот, держалась увереннее, чем раньше. Перестав быть скромной компаньонкой, она уже примеряла на себя роль будущей тещи.
