Светлый «защитник» сомкнул руку на моем плече… Он довел меня до сектора системных управлений объекта и встал у дверей… По мглистому коридору иду один. Как-то не по себе здесь… И не ясно, в чем дело… В Штраубе я всегда знал, что и зачем делаю, и если допускал ошибку, четко понимал — где. Здесь я не понимаю ничего.
Жду у закрытых дверей центра управления. В пустом коридоре холодно, тревога расползается по темным углам, хоть они и под наблюдением объекта…
Как только двери разомкнулись, опознали и пустили меня в сияние белого света, свернулись и исчезли все мониторы. Центр управления опустел в тишине — в ярком свете я различаю только острый силуэт Айнера в темной шинели. Чтобы не наткнуться на какой-нибудь предмет, которого я еще не вижу, остановился прямо за сомкнувшими за мной створы дверями.
— Заходи! Ты выговор получишь! Строгий выговор! За неподчинение приказу! И еще! И еще черт знает за что! Ты черт знает что сделал!
— Так точно.
— Ты, похоже, не знаешь, что значит — точно!
— Никак нет, командир. Знаю.
— Знал бы — не стоял бы передо мной сейчас! Не нарушал бы приказов, отданных сверху! Не устраивал бы ночных побоищ на территории части! Не ставил бы целью утаить от командующих информацию о произошедших нарушениях, как и о их причинах!
— Так точно. Совершил ошибку, командир.
— Не смог сдать товарищей по оружию командованию под рассмотрение дел! Под рассмотрение дел — это не под расстрел, Герф! За товарищей надо грудью стоять! Но не передо мной! Перед врагом! За товарищей надо стоять до последнего! Но не сходя с территории их чести! Не заходя на территорию чести моей! Тех, кого считаешь правыми, защищай! Но не оскорбляй при этом тех, кто ими и тобой командует! Не оскорбляй командиров недоверием! Такое скрытное недоверие влечет беззаконие! Не доверяешь командиру — обоснуй и рапорт пиши! Открыто заяви об этом! И будет порядок соблюден со всех сторон, вместо черт знает чего!
— Командир, я никак не…
— Молчать! Не посягай на территории моей чести, защищая тех, кто посягнул!
— Так точно. Признаю вину. Допустил ошибку.
— И не одну! Главное — честь системы! Не подходи к границам территорий чести системы! Посягнув на честь системы — ты будешь системой чести лишен! Ты не станешь правым для всех нас, обвинив всех нас в неправоте! Сделав это, ты станешь изгоем! Врагом для нас всех!
— Так точно, командир…
— Системные границы шире наших личных, где бы они ни проходили, — они наши общие! И они под охраной! Под общей охраной! Пограничные конфликты есть и будут! Но никому не пойти дальше них! Никому не расширить личных территорий сужением территорий общих! Нельзя отобрать общие территории только у кого-то — ты отберешь их и у себя! Они общие! Не посягай на наш общий порядок! Тебе не только командир дан, чтоб волю вольную ограничить, — тебе еще и мозги даны, чтоб тебя до беспредельной гибели не допустить!
— Так точно.
— Не пошлю на границу служить — так держись от нее подальше! Тебе карты с разметкой даны, чтоб ты по дороге ходил — чтоб ты о расщелины ледниковых пустынь сапог не обил! Так не сходи с нее, если маршрут на сильно пересеченную местность командиром не переложен!
— Так точно.
— Иди по прямой линии, как шел, но смотри не только прямо перед собой! Сверяй карты и данные! Думай больше!
Айнер определенно что-то делает с моей головой… Будто гвозди, вбивает коды… Я это понимаю — понимаю, что это какой-то код, но от этого он только крепче вбивается мне в голову… До меня, кажется, начинает доходить, отчего Нор и Сорг так боятся чужой воли… Похоже, здесь командиры волю насаждают не простыми приказами…
— Стараюсь, командир…
— Не верный ответ!
— Будет исполнено.
— Так исполняй, боец!
— Разрешите идти?
Что-то слабо царапнуло где-то за грудной клеткой — это радость… Теперь он меня отпустит… Но нет… Айнер положил на стол стянутые перчатками до проступающих сухожилий костлявые руки так, что они будто сжались на мне удавкой, как лапы хищной птицы.
— Не разрешу. Герфрид, про собственность я тебе уже сказал все — у нас все общее! А общее — это то, что принадлежит всем в общем и не принадлежит никому в отдельности! И личная ответственность — это личное, но не собственное! Ты с ней, что пожелаешь, делать не можешь!
— Так точно, командир.
— А это что?!
Глаза привыкают к свету, и я начинаю различать предметы обстановки — стол, кресло… Но это не значимо. Можно считать, что здесь нет ничего, кроме сетевого компьютера третьего порядка и офицера S9, мерящего помещение широким шагом. Он указывает на свечение этой разумной электронной системной единицы…
— Электронный мозг третьего порядка, командир.
— Штэндштайн! Ты действительно камнем стоишь!.. Но не там, где надо! И ему, и мне теперь известно все, что происходит в твоей голове! Я прочел все твои мысли! И знаю обо всех твоих помыслах! Потому что ты записываешь их все — без разбору! Что молчишь?!
Лейтенант использует ментальное обращение… Переключаюсь на этот контакт… Не правильно это как-то…
