Тени Темного кристалла полностью

Чудище встряхнулось, испустив низкий резонансный крик, и Найя поняла, что видит перед собой тот самый четырехрукий фантом, который показывался ей во время ее полета через лес.

Создание отряхивалось от остатков щеп пленившего его дерева до тех пор, пока на нем не остался один последний, похожий на глину кусок, зацепившийся за его брови и скрывающий его личину подобно маске из черепа.

В момент появления чудища рука Найи потянулась за бола и замерла наготове. Ворчащее чудище, скидывающее со своего серого одеяния последние древесные ошметки, освободилось в момент, когда с Древа-Колыбели спало заклятие. Почему исцеление Темного леса привело к освобождению опасного монстра?

– Кайлан, – прошептала она, боясь произносить вслух, но желая получить ответ, – это?..

Чудовище, резко вздрогнув, повело рукой. Тело Найи инстинктивно отреагировало: она мгновенно встала и запустила бола вперед. Орудие вылетело с прицелом в узко посаженные глаза великана, но, прежде чем оно достигло цели, его ручища быстрее, чем Найя успела заметить, поднялась и схватила срединный камень бола.

Противовесы, бесполезно размахнувшись, крутились в воздухе, ни на что не натыкаясь. Стараясь не терять уверенности, Найя схватила клинок и слегка присела на полусогнутых ногах, приняв оборонительное положение.

Ответной атаки не последовало. Чудовище, стоящее под разбитым остовом дерева, с легкостью отшвырнуло бола и издало похожий на кашель звук, сухой и легкий, и Найя поняла, что оно посмеивается. А затем кошмарное создание завершило движение, начатое до атаки Найи: подняло угловатую ручищу, чтобы убрать с лица последний кусок коры. Оно не двинулось в их сторону, а постукивало по груди кулаком до тех пор, пока кашель не прекратился. В свете сияющей над котловиной в лесном просвете луны Найя разглядела на покрытой спиралями, текстурированной коже отметины и порезы от высвобождения от древесной оболочки.

– Пора бежать? – прошептала она.

Своим ответом Кайлан подчеркнул печальную правду:

– Куда?

Если понадобится, у нее есть еще один бола, а еще нож. Если они с Кайланом в опасности, то, возможно, Древо-Колыбель придет им на помощь. Даже теперь она ощущала стремительное возвращение обновленного после исцеления сердца дерева к жизни. Она надеялась, что эффект будет длиться и что не будет никаких вещающих страшные песни фантомов. Для одной ночи их и так было предостаточно.

Реагируя на звук ее голоса, чудовище наклонило продолговатую голову, а ночной ветер колыхал его длинную, лохматую гриву.

– Похоже на дыхание гельфлингов, – прошамкал он, и его голос прозвучал как множество тембров одновременно, говоря на языке гельфлингов с каким-то незнакомым акцентом. – Гельфлингов урВа видит? Двух? А!.. Один из них исцелил Олейка-Стаба.

– Ты… урВа, – повторила Найя. – Так тебя зовут? Как ты оказался пленником дерева?

– М-м-м… – урВа через плечо взглянул на остатки древесной тюрьмы. – Пришел помочь Олейка-Стаба. И не справился. Видимо, Древо-Колыбель можно исцелить лишь рукой гельфлинга и больше ничьей.

Когда он снова повернулся к ним, хоть его история и походила на правду, Найя не могла отделаться от чувства, что он очень похож на образ Охотника, каким она его себе представляла. Хоть его накидка и была скорее глинистой и коричневой, чем черной и из теней, Найя полагала, что истинный Охотник способен менять форму с помощью магии. А он… этот урВа, если таково его имя, наклонился и подобрал ветку от ежевичного куста, взяв ее двумя верхними руками и оперся на нее, как на посох.

– Раздумываете? – спросил он. – Думаете… я вас съем? – он засмеялся.

– С виду вполне мог бы, – огрызнулся Кайлан. – Что ты здесь делаешь? Почему тебя пленило дерево?

Великан пошевелил куски дерева, которые лежали у его ног. При свете луны он походил на призрака. Возможно, он – какой-то дух вроде фантомов, небезосновательно пойманный Древом-Колыбелью. Однако Найя прогнала эту мысль. Не стоило позволять ее сознанию бездоказательно запугивать себя.

– Лес опасен, – сказал урВа. Он склонил голову и улыбнулся, сверкнув зубами в лунном свете. – Идемте с урВа, маленькие гельфлинги. Идемте с урВа, поужинаем. Долго я пробыл в том дереве… Очень голодный.

Без дальнейших слов урВа повернулся и легкой походкой направился прочь из котловины, взбираясь по ее рифленым стенам с опорой на свой посох. Таким темпом он скоро мог пропасть из вида – скрыться в Темном лесу. Найя с Кайланом переглянулись.

– Что думаешь? – спросила она. – Приглашение на ужин мне нравится, если только нас не бросят в котел. Как считаешь, он… ну, ты знаешь… Охотник?

Уши Кайлана опустились, хоть ей с трудом верилось в то, что он еще об этом не подумал. Впрочем, одно дело думать и совсем другое – произносить слова вслух.

– С каких пор ты стала верить песням? – спросил он. Найя ощутила, как покраснели ее щеки, но Кайлан продолжил: – Охотник беспощаден. Он не хитрит. Если бы урВа был Охотником, забравшим моих родителей, он бы не стал называться другим именем… И не стал бы разговаривать с нами.