Понедельники все еще ощущались как маленький конец света, особенно вечером в воскресенье, когда большинство жителей Эшвуда собиралось у телевизора для просмотра главного сериального события десятилетия. Но теперь Наоми относилась к этим местным апокалипсисам совсем не так, как прежде, когда жила в небольшой квартирке в Гринвиче, неподалеку от независимого театра. Та жизнь была вполне себе… жизнью. Привычной и шумной, полной вечеринок, путаницы с расписанием клиентов и чередой не самых завидных пробуждений. Какое-то время Наоми работала в государственном учреждении Ведьмоведомства, но те времена она вспоминать особенно не любила. Тогда понедельники были ее врагами номер один. Ну, или, может, врагами номер два, сразу после утренних собраний, на которых она чаще всего боролась с желанием поспать. Или хотя бы с желанием не тратить столько времени на обсуждение стратегии проектов, которая все равно летела в бездну, когда начинала претворяться в жизнь.
В Ведьмоведомстве иногда появлялись и демоны: чаще всего с дипломатическими миссиями. Ни один из них не хотел проводить в этой реальности больше положенного им призывом времени. Кроме Ксафана.
Хотя нет, это было бы нечестно по отношению к великому множеству демонов, с которыми Наоми никогда не встречалась. Кто знает, может, на самом деле каждый третий или, может, даже каждый второй из них тоже любил осенние ярмарки? Или человеческий театр? Или кино? При всем своем показном могуществе не каждый демон мог посмотреть какой-нибудь классический ромком и остаться совершенно безучастным. По офису на прежней работе Наоми ходили слухи о повелительнице кошмаров, которая не могла перестать пересматривать «Сладкий ноябрь». Сны она после этого конструировала совершенно не подходящие назначению: в них мелькало слишком много Киану Ривза.
В Эшвуде было небольшое подразделение Отдела кошмаров: Наоми в жизни бы о нем не узнала, если бы не Ксафан. После того как они заключили договор о свободном перемещении – Наоми обязывалась вызывать Ксафана не реже раза в месяц и не ограничивать свободу его передвижений, а Ксафан обязывался изредка ей готовить, – Наоми познакомилась с изнанкой Эшвуда более тесно.
Это только на первый взгляд казалось, что здесь совершенно ничего не происходит. Но если ты в первый месяц своего проживания встретил на улице самого Поджигателя, то каковы шансы, что он останется единственным сюрпризом этого города?
Мара номер двести двадцать восемь была единственной марой[4] в Эшвуде и предпочитала, чтобы ее называли «Диди». Странный выбор для прозвища, если спросить Наоми: словно обладательница его не следила за архитектурой городских кошмаров, а владела фермой с кабачками где-то в Техасе. Но Диди вообще была довольно странной. Она сама попросила перевода и была не против работать в одиночестве. Лишь бы заниматься тем, что ей нравилось.
Когда-то Диди обитала в большом офисе. Работа курьером была, конечно, приятной: все эти ласкающие кожу ночные ветерки, попутная Дикая охота, мизерные шансы столкнуться с доморощенными экзорцистами… Но больше всего на свете маре номер двести двадцать восемь хотелось создавать кошмары, а не доставлять их от разума к разуму. (Хотя это было сомнительно: в последнее время многие кошмары если и были страшными, то страшно смехотворными. Маре стыдно было бы такое показывать даже друзьям, не то что выпускать в серийное производство, как однажды она по секрету призналась Наоми.)
Вторник по каким-то странным, далеким до ведьминского понимания причинам был для Диди разгрузочным днем.
Может, потому на понедельник приходилась большая часть недельных кошмаров… А может, потому, что у мар были какие-то счеты с Тюром, в честь которого назвали вторники.
В любом случае Наоми призывала Ксафана во вторник, и они частенько навещали Диди прямо в офисе. Тот находился под видеопрокатом, который каким-то чудом не исчез с улиц Эшвуда после появления стриминговых сервисов. Может, в этом тоже была виновата мара: ужастики на VHS смотрелись совсем по-другому. Не в последнюю очередь из-за помех на пленке и нечеткости картинки… когда ты не можешь толком понять, что появится из темноты, и монстр не предстает во всей своей 4К-цифровой четкости, страх перед неизвестностью делает свое дело.
Ксафан оставил домашнее мороженое (– «Обещай, что не будешь больше покупать эту дребедень от “Бен и Джерри”, умоляю». – «Мне что, всякий раз, как захочу мороженого, пентаграмму чертить?» – «Я очень хочу ответить “да”, так что отвечу “да”») застывать, а часть брауни нарезал для соседей. Стучаться к ним в двери было слишком поздно, а вот навестить мару – самое время.
Работа у Диди сегодня явно не клеилась.
Бывали дни, когда только и можешь, что набросать новый дизайн паутины, да на этом и застопориться. Какую тварь посадить поверх? Пауки со звериными черепами были эдакой фишкой мары номер двести двадцать восемь, но сегодня ей хотелось выдать нечто такое, чтобы у боссов снесло крышу. Желательно, в буквальном смысле.
