И снимали звезды ветром с крыши,
Набивали рваные карманы,
Слышали, как рядом кто-то дышит —
Думали – быть может капитаны,
Оказалось это просто черти.
Бредили кошмарами и снами,
Обжигались песнями и пели
Песнословцы Солнца вместе с нами.
Проживали жизнь и превращались,
И ловили время в дырки сети,
И кострами рваными летали.
Доползти до края не успели —
В нас из-под земли смотрели черти.
Вольск, 2000 год
Она умела читать с небес
Стихи и песни Идущих Вниз
С карнизом крыши наперевес —
Всегда брал верх нестойкий карниз.
Она летела, глотала ночь
И умирала три сотни раз,
Все черви-мысли летели прочь
И стыли сталью в каждом из нас.
Она по розам искала путь
Сухих ветров, зовущих туда,
Где звезды тихо ласкают грудь
И гладит нежно зрачки вода.
Она хотела попасть в строку
И стать героем нечаянных фраз.
Она шептала печаль курку
И плыли тушью молитвы глаз.
От страшных танцев хотела кричать,
От глупых мыслей бросалась курить,
В ладони неба кусочки брать
И междометия свирелью пить.
И жить, и знать, что неровен час,
И завтра утру уже не быть.
Она звонила любому из нас —
Хотелось ночь напролёт говорить.
Вольск, 2000 год
Ты глотала во мне серебро,
Постаревшими пела губами,
Когда руки сошлись в оригами,
Ты дрожала, ты Белый Пьеро.
Ты курила три бреши. Их мёд
Выпивала янтарною грустью.
Через год может косы отпустишь
В тайны воды. Пусть трогает лёд
По весне наш серебряный гром
В доле полуглотка. Захлебнемся,
Пусть твой кайф от бессилия гнётся —
Только в нём ты находишь шалом.
Ты вдыхала серебряный яд,
Но с тобою мы разные люди,
Если ад в твоём голосе студит
Формы кольцев почти наугад.
Расплавляла и плавилась. Ты
Мне прекрасна такою вот сукой —
Одержимая меркнущей скукой
Твердых танцев в движении воды.
Ты глотала во мне серебро.
Наглоталась и канула в лету —
После этого станут поэты
Из метафор калечить говно.
Дербент, 24.05.02 года
Поднебесное. Крылья расправятся
Под ударом огня и молота.
Так используем то, что нам нравится,
Тратим попусту белое золото.
Покупаем молитвы хрипами,
Откупаем грехи и плачемся,
Что людей измеряем типами
И на глупые вещи тратимся.
Поднебесное. Сладость дерева,
Под корою, под генофондами
Мы оставлены, как все первые,
И облапаны, как всё модное.
Короедами в трещины прячемся
И в ботанике каждого школьника
Мы как виды давно не значимся —
Мы овалы и прямоугольники.
Поднебесное. Мертвая музыка
Задувает на скалы отвесные.
Мы роднимся не кровными узами,
Нас сдружили вагоны тесные.
Мертвой нотой – мажорами страшными
Мы учились вгрызаться в честное,
Как в осеннюю землю пашнями,
Как разбитым крылом в Поднебесное.
Дербент, 04.05.02 года
И замерзший рассвет, и ветра в голове…
Коченеющим в шкурах – «шалом лет райот!»,
И саламы водой тем, кто в небе живет
И пытается плавать в своей синеве.
Ночи. Грязные простыни. Чайник и сталь,
И в четыре ряда абсолютный запрет.
Нам, пропащим – тюрьма на столетия лет,
Им, привыкшим – дозоров рассветная даль.
Махачкала, сентябрь 01 года
Уехать во Владикавказ
И в пену рек плевать с мостов.
Там первый написать рассказ
Об изменяемости миров.
Не отвечать на все звонки
И посылать по смс,
Там палкой на песке круги
Чертить, как буквы для небес.
Уехать во Владикавказ,
Поспорить с верною судьбой
Простой молитвой в пару фраз.
Бродить по старой мостовой,
И ждать погоду, и терпеть
Дожди, ветра и облака,
И завтра, может, улететь
На зубы гор и на века.
Борзой, 12.10.03 года
Мы умерли – не стали бесконечнее.
Мы постарели и не стали старше.
Мы сосчитали возраст мрачных башен
И брали небо на худые плечи.
Мы худшие из тех, кто мог быть главным.
Мы плавные хроническим бессилием,
Чтоб принимать убийство за насилие
И умереть – нелепо и бесславно.
Мы шли на север крыльями и сталью,
Чтобы вернуться цинком снами юга,
Сжимать до боли за руки друг друга,
Давиться небом, как пожарной гарью.
Борзой, 11.10.04 года
Семь лет. В твоих пальцах – моих сигаретах
Рыдают вопросы, дрожат камертоны.
Мы прячем по пачкам привычно патроны
И страшно боимся за порох ответов.
Считаем монеты – копейки-минуты
Меняем валютой достаточно странной:
Окурки, пивные бутылки, стаканы.
Бессмертие в этом гадаем как будто.
Сплетаемся в пальцах, как бисер на фéньке25,
И дышим ветрами. И смело мечтаем,
Что время на стрелках часов обращаем
И чувствуем город от стенки до стенки.
И знаем, что таем в мгновениях сладких,
И что никогда не вернуться обратно,
Что возраст берет каждый миг во стократно
И смотрит с улыбкой на наши повадки.
Плевать. Обрастаем делами и люди
Какие-то новые в наших страницах.
Я смыслы гадаю в твоих новых платьях.
Конечно у нас ничего не случится,
Но верю, убогий, в судьбу и приметы,
А если безвестным погибну солдатом,
Пусть в кольцах твоих остывают закаты —
В окурках своих я наплавлю рассветов.
Дербент, август 01 года
