— Конечно, Руд, я умею слушать и хранить секреты, — медленно произнес он, натягивая на лицо легкую улыбку, — ты не ошибся, что признался именно мне. Интуиция не подвела тебя.
— Так ты тоже считаешь, что все эти чистокровные заморочки чепуха? — Руд посмотрел на него с затаенной надеждой в глазах.
— Ты не так меня понял. На твоем пальце перстень, мантия из лучшей шерсти, а после выпуска тебе уготовлена карьера благодаря этим заморочкам. Не чтить их нельзя. Но возможно пришло время отступить от некоторых принципов. Скажи, ты правда считаешь, что у чистокровных не так много отличий?
— Том, ты когда-нибудь видел, чтобы магия зависела от крови? Я — нет.
По ощущениям, разговор о крови доводил до крайней степени нервного напряжения так же, как и незаконная продажа оружия. Том быстро огляделся, уверился, что их никто не подслушивает, и подозвал Лейстрейнджа за дерево двумя пальцами. Их никто не заметил.
— Храни все свои догадки пока у себя, — поучительным тоном, подражая Слизнорту, сказал Том обеспокоенному Руду, — это еще нужно подтвердить, проверить.
— Ты займешься этим? — спросил Руд.
— Мы проверим это вместе. Афишировать это пока не надо. Выяснить правду — это половина дела, нужно еще ее правильно преподнести.
Несмотря на возраст, Том имел достаточно обширный жизненный опыт. И что он точно выяснил за годы в приюте, так это то, что в одиночку заниматься чем-то опасным рискованно, делом надо делиться, как конфетами из подарков.
— Зачем тебе правда?
Руд явно не был простым, хоть порой и производил впечатление обычного мальчишки. Или он очень быстро учился, раз так скоро перенял привычку Тома сомневаться во всем.
— Знаешь ли, Руд, обычному обывателю правда и не нужна. А если твои планы на мир несколько шире, то тогда она тебе жизненно необходима, — сказал Том, потирая ладонями плечи, — что мы выясним, то пойдет на благо Слизерина, уверяю тебя.
— Позовем Эрни? Он обидится, если важные вещи произойдут без него, — предложил Руд, кивнув в сторону смеющихся сокурсников.
— Не уверен, что ему понравится выясненное… Давай подождем.
— Осторожничаешь?
— Поступаю разумно.
***
Расположившись на кожаном диване, согнув одну ногу в колене, Том листал учебник Слизнорта. Рядом потрескивал огнем высокий камин, который разрушал чары охлаждения, наложенные на подземелье самим основателем факультета. В гостиной шуршала бумага, скрипели перья и слышались сдержанные разговоры по углам.
Перед диваном стоял низкий столик на резных ножках, заваленный разорванными конвертами и печатями. Эрни закинул на него ноги и держал перед собой карту замка, достать которую ему удалось путем сплетен и шантажа, о чем он честно поведал на обеде.
В бок Тома больно упиралась труба, словно недовольная тем, что ее прячут и она вынуждена скромно сидеть в кармане. Он опасался хвастаться покупкой, да и считал это чем-то неприличным, и потому нервно ждал часа, когда придётся ее использовать. Казалось, что именно Эрни будет ею недоволен, ведь его самолюбие не потерпит, чтобы у кого-то было что-то лучше, чем у него.
Мелисса сидела рядом с Эрни, хотя он ее всегда чем-то отталкивал. Несложно было догадаться, что это была ее месть Тому. На длинном свитке, лежащем на ее коленях, было написано пару мелких строчек — эссе по истории магии продвигалось слабо, но помощи она принципиально не просила и недовольно прожигала глазами каждого, кто подходит к Тому с просьбой помочь.
— Безозар почти что универсальный антидот, — рассказывал Том, — в крайне редких случаях он бесполезен.
— А аконит? — низкорослый третьекурсник оперся руками о спинку дивана.
— Редкий ингредиент, часто используется в зельях для анимагов и оборотней.
— Том, почему бастовали ведьмы Шотландии в тринадцатом веке? — выкрикнула рыжеволосая девочка, сидящая, скрестив ноги, на вышитой подушке на полу.
Том задумчиво поднял глаза вверх, вспоминая все прочитанные фолианты.
— Из-за закона, запрещающего им практиковать темные искусства на территории северной провинции, — сказал он после краткой паузы.
— Ты действительно зубришь все? — удивился Розье, которому надоело разглядывать карту.
В ответ ему лишь пожали плечами. Молчать и строить загадочность весьма полезно, если нужно приподнять свой статус.
Едва тяжелые часы на каминной полке пробили девять, как в гостиной стало заметно тише. Шорох исчез, постепенно на диванах, в том числе и на их спинках и подлокотниках, расселись третьекурсники, будто воробьи на ветках. Тому пришлось опустить ноги на потертый ковер и потесниться. Он педантично поправил зеленый галстук без единой складочки и выпрямил спину.
Слизнорт вошел вовремя, ровно в тот момент, когда часы сыграли мелодию, похожую на те, что играют в музыкальных шкатулках, которые обычно украшают туалетные столики. Облаченный в клетчатый бежевый костюм, с неизменным торчащим уголочком платка в кармане, принесший с собой аромат сандала, он сел на широкое кресло, оставленное пустым специально для него, и сложил руки в замок.
