Ринат Миннебаич, заведующий кафедрой, на такое приглашение отреагировал отрицательно, однако он, Геннадь Андреич, мгновеннейше оценил оказанную кафедре честь и доверие, и убедил недальновидного Ринат Миннебаича, в необходимости своего на совещании присутствия, взяв на всякий случай с собою лаборанта Василия, если полезут неожиданно ректор и его окружение в глубокие технические детали.
Сделал тут Геннадь Андреич многозначительную паузу, неприятное от которой осталось у меня послевкусие. С укоризной отозвался он в отношении Ринат Миннебаича, старого своего товарища.
В положенное время, в два часа по полудню, он, Геннадь Андреич, явился на совещание в "первый дом", на котором присутствовали ректор, декан с замами и заведующие кафедр кибернетического факультета. Как оказалось, не ждали они Геннадь Андреича, и даже удивились его появлению, но не смутило это его ни на столечко, ведь знал он, что прибыл по делу. И хотя неопытный его лаборант тушевался и даже отчаянно рвался в уютное гнездо родной кафедры, Геннадь Андреич, с высоты своего опыта, сумел-таки убедить юнца в необходимости присутствия и величайшей, возложенной на них ответственности.
Вторым сюрпризом для Геннадь Андреича оказалось то, что совещание действительно не имело ни малейшего отношения к кафедре "Технической физики". Даже когда завкафедрой "Автоматизации и Информатики" Олег Палыч Круглов представил план посещения комиссией кафедральных лабораторий и лекций, научная работа о моделировании квантовых нейронный сетей с фамилией докладчика были упомянуты лишь вскользь. Тут Геннадь Андреич посчитал необходимым вставить слово о весомейшем вкладе кафедры "Технической физики" в научную составляющую этого исследования. Не побоялся даже чуточку сгустить краски, указав, что в этот самый момент, на кафедре "Технической физики" из гранитной глыбы энтропии, выгрызается научная новизна, совместно с талантливейшими представителями кафедры, коим сам Геннадь Андреич несомненно является. Ректор, однако, не оценил метафоры, грубейше Геннадь Андреича прервав, и сославшись на то, что вовсе не детали научной деятельности представляют собой предмет совещания, а общий план подготовки.
Геннадь Андреич приуныл и чуть было не внял шепоту слабовольного Василия о том, что пора и честь знать. Однако же не напрасно сдержался Геннадь Андреич, подобно каменнолицему разведчику, сносящему ради главной цели мелкие неурядицы и обиды. Едва только совещание закончилось и Геннадь Андреич, под градом недобрых взглядов коллег, покинул убранство ректорского кабинета, с дорогим полированным столом и креслами в кожаной обивке, как в коридоре подошел к нему мужчина определенно высокой государственной должности. Высокий, статный, важный.
Он обратился к Геннадь Андреичу и Василию по имени, показав, что знает и ждет их, и провел в отдельную аудиторию, где изложил свой архиважный план, целью которого являлось укрепление статуса нашего университета в структуре государственного высшего образования. Он отдельно подчеркнул его, Геннадь Андреича, индивидуальную важность в приближающемся мероприятии. И хотя, как ни старался Геннадь Андреич, не удалось ему выяснить истинную должность собеседника, эта изворотливость только убедила Геннадь Андреича в величайшей возложенной на него ответственности.
Мужчина, не представившийся по имени, пояснил, что научная деятельность, которую планируется представить, как часть министерского визита, а именно исследование на тему квантовых нейронных сетей, есть предмет наиглавнейшего интереса комиссии, и требуется его надлежаще изложить, объяснить и продемонстрировать. Нисколько не умаляя способностей талантливой университетской молодежи, как то Борис Петровича, Анатоль Саныча и Николая Семеныча, все-таки требуется особый опыт, такт и знание — кому и как доносить определенные научные территории и глубины.
Удивительную осведомленность проявил замечательный этот субъект о том, чем дышит в настоящее время исследование, и о том, что вот-вот грядет некоторый важный прорыв в моделировании функции определения весомых квантовых состояний, обещающий принести неожиданные результаты. Так глубоко погрузился сведущий этот незнакомец в детали исследования, что даже у Василия, который имел хорошее представление о состоянии модели, поползли брови вверх от удивления. Высокопоставленный советчик подчеркнул, как важно, не переходя на язык сухой науки, а излагая на человеческом живом языке многоопытного служителя высшего образования, придать необходимый окрас изложению, вес исследованию, чтобы ни малейших сомнений не осталось у комиссии в первостепенной роли ВУЗа в образовательном ландшафте региона, и, соответственно, обоснованности значительной доли его в образовательном бюджете.
