предположениях, которые я по ходу дела постараюсь объяснить. Пока же необходимо заметить, что эти
принципы являются специальным случаем более общей концепции справедливости, которая может быть
выражена следующим образом.
Все социальные ценности — свобода и благоприятные возможности, доходы и богатство, социальные основы
самоуважения — все это должно быть равно распределено, кроме тех случаев, когда неравное распределение
любой, или всех, из этих ценностей дает преимущество каждому.
67
***
Несправедливость, тогда, есть просто неравенства, которые не дают преимуществ каждому. Конечно, эта
концепция чрезвычайно расплывчата и требует интерпретации.
В качестве первого шага сделаем предположение, что базисная структура общества распределяет некоторые
первичные блага, т.е. вещи, которые каждый рациональный человек хотел бы иметь. Эти блага являются частью
обихода, независимо от того, каков рациональный план жизни человека. Для простоты предположим, что
главные первичные блага в распоряжении общества — это права, свободы, благоприятные возможности,
доходы и богатство. (Позднее в части третьей первичное благо самоуважения займет центральное место.) Они
являются социально первичными благами. Другие первичные блага, такие как здоровье и энергия, интеллект и
воображение, — естественные блага. Хотя на обладание ими влияет базисная структура, они не находятся
прямо под ее контролем. Вообразим тогда гипотетическое исходное устройство, в котором все социально
первичные блага равно распределены: каждый имеет одни и те же права и обязанности, и доходы и богатство
поделены одинаково. Это положение дел устанавливает точку отсчета, которая позволяет судить об
36
улучшениях. Если определенные неравенства в богатстве и различия во власти сделают ситуацию каждого
лучше, чем она была в гипотетической ситуации, тогда эти неравенства согласуются с общей концепцией.
Вполне возможно, по крайней мере теоретически, что отказавшись от некоторых фундаментальных свобод,
люди достаточно скомпенсируют их социальными и экономическими приобретениями. Общая концепция
справедливости не налагает ограничений на то, какого рода неравенства допустимы; она требует только, чтобы
при этом положение каждого было улучшено. Нам нет нужды предполагать столь радикальные вещи, как,
например, согласие на рабство. Но вообразим такую ситуацию, в которой люди хотели бы отказаться от
определенных политических прав, когда экономические доходы значительны. Как раз такого рода обмен и
запрещается двумя принципами; будучи упорядоченными, они не позволяют обмена между основными
свободами и экономическими и социальными приобретениями, за исключением извинительных обстоятельств
(§§ 26, 39).
По большей части я займусь не общей концепцией справедливости, а скорее, двумя упорядоченными
принципами. Преимущество этой процедуры состоит в том, что сначала распознаются приоритеты и делаются
попытки найти принципы, которые могли бы им соответствовать. При этом уделяется тщательное внимание
условиям, при которых абсолютный вес свободы в отношении социальных и экономических преимуществ,
определенных лексическим порядком двух принципов, был бы разумным. С первого взгляда это ранжирование
кажется крайностью и слишком специальным случаем, чтобы представлять серьезный интерес. Но оно имеет
гораздо больше оснований, чем это представляется вначале. Во всяком случае, я попытаюсь показать это (§ 82).
Далее, различение фундаментальных прав и свобод, экономических и социальных преимуществ означает
различие
68
***
между первичными социальными благами. Последнее различие предполагает важные разделения (division)
внутри социальной системы. Конечно, все эти различия и предлагаемое упорядочение будут, в лучшем случае,
только приближениями. Существуют, наверняка, такие обстоятельства, в которых они не срабатывают. Но
важно отчетливо наметить основные направления разумной концепции справедливости, и во многих ситуациях,
как бы то ни было, два упорядоченных принципа могут достаточно хорошо служить.
Тот факт, что два принципа применяются к институтам, имеет определенные следствия. Прежде всего, все
права и основные свободы, к которым относятся эти принципы, определены публичными правилами базисной
структуры. Свободны люди или нет — это определяется правами и обязанностями, установленными главными
институтами общества. Свобода — это некоторая структура (pattern) социальных форм. Первый принцип
просто требует, чтобы определенные виды правил, определяющие основные свободы, применялись равным
образом ко всем, и чтобы они позволяли наибольшим свободам совмещаться с подобными свободами для всех.
Единственная причина для ограничения основных свобод и для уменьшения их сферы состоит в том, что в
