Маша кивает, в глазах стоят слезы, а сердечко стучит быстро-быстро. Но на самом деле понимает не совсем: дедушка ведь тоже взрослый…
Он вдруг начинает раскачиваться, качели взлетают вверх — все выше и выше. Дедушкины ноги тоже взлетают и почти достают мысочками ботинок до солнца. В руке у него неожиданно обнаруживается гроздь зеленого винограда. Он отрывает ягодку за ягодкой, солнце светит сквозь них и зажигает виноградную зелень золотыми искрами, заставляя ее сверкать, словно фейская пыльца. Дедушка жмурится, как кот на печке, и весело смеется. Маше даже кажется, что дедушка — уже и не дедушка вовсе, что он превратился в мальчика — такого же, как в ее садике. Этого мальчика она как будто видела на желтых изломанных фотографиях…
Но через мгновение дедушка снова становится собой и протягивает Маше ягоды. Хотя они уже не то что бы ягоды, скорее бусины. Ну да! Они же на нитке!
— Возьми-ка! Это не простые бусы, а волшебные, — лукаво прищурившись, шепчет дедушка. — В них спрятано хорошее настроение. Когда будет очень грустно, сразу надевай. А мне пора… Прощай, Машенька, не забывай наших звездочек!
— Дедушка, но как же… Подожди!!!
Но он словно не слышит. Целует Машу в лоб, и солнце раскаляется до обжигающей белизны.
Девочка проснулась, когда часы показывали одиннадцать, и за окном уже стало совсем светло. Почему-то мама решила обождать с подъемом. Ну и ладно: воскресенье же! В садик идти не надо.
Маша сжала и разжала ладонь: коже тепло, точно ее и впрямь касалось что-то очень солнечное.
Свой сон девочка рассказала Владлену Павловичу. Из Теремка опять все разошлись, а «зайчика», по правде говоря, Маше было жалко: он-то не может разойтись, как остальные! Что ему теперь, все время одному в зеркале сидеть?
«Зайчик» оценил ее душевный порыв и послал на кухню за чаем. А Маше и не сложно вовсе — сделала две кружки, как в прошлый раз.
Устроившись напротив зеркала, девочка взахлеб вещала о том, что дедушка подарил ей волшебные бусы.
— Какие, говоришь, бусы? Хорошего настроения?! Это отличный подарок! Ты его береги!
— Да, вот только… — Маша замялась, — как же беречь, если их на самом деле нету?
— Как это нету? — Удивился Владлен Павлович. — Сама же сказала: они тебе подарены. А раз подарены, значит, есть.
Девочка вытянула руку, посмотрела на нее с сомнением, провела ладошкой под шеей.
— Почему тогда я их не вижу?
— Потому что неправильно смотришь. Волшебные подарки можно увидеть исключительно волшебным способом.
— А вы мне расскажете? — Маша подалась вперед, с любопытством вглядываясь в зеркало, где Владлен Павлович вертел в пальцах отражение чайной чашки.
— Попробую. Вот ты где свои сокровища хранишь? У тебя же имеются сокровища?
Маша вспомнила свои колечки, кулончик-лисичку и блестящую брошку-бабочку, кивнула:
— Они в коробочке у меня в комнате лежат.
— Ну, вот. А теперь закрой глаза.
Маша послушно слепила ресницы.
— Представь свою коробочку. Представила? Молодец! Теперь представь, что ты ее открываешь. Посмотри: там, внутри, наверняка лежат и твои бусы!
Машино воображение живо нарисовало ей, как она поднимает крышку… Вот же они — бусы из гладкого блестящего зеленого камня! Те самые!
— Надевай.
Металлическая застежка закусила колечко, Маша открыла глаза:
— Ой!
В зеркале она отразилась рядом с Владленом Павловичем, украшенная дедушкиными зелеными бусами.
Хлопнула ладошкой по шее — пусто… Как же это? В зеркале бусы есть, а по-настоящему — нет!
— Я же говорил: волшебный способ, — улыбнулся «зайчик».
— Но… их же никто не увидит, — Маше стало жаль, что она не сможет похвастаться обновкой перед подружками.
— И не надо. Бусы предназначены для тебя, а не для других.
Девочка, задумавшись, согласно качнула головой, начиная соображать.
— И я все время смогу бусики так носить?
— Конечно. Все будет так, как ты сама представишь.
— Спасибо вам!
— Да не за что! Выдвигайся-ка домой, скоро стемнеет.
Маша уже вышла за порог, когда «зайчик» окликнул ее:
— А скажи, чем тебе так нравится сказка про Теремок? Она же простенькая, как хлеб без масла! Есть истории гораздо интересней!
Девочка пожала плечами:
— Там звери совсем разные, но живут вместе. Не ссорятся, не толкаются, ничего не отбирают, помогают друг другу… Когда дедушка читал мне, я очень хотела попасть к ним. Жалко, что Мишка все испортил.
Следующие две недели Маша проболела. Когда пошла на поправку, мама отправила ее с бабушкой в санаторий: восстанавливать силы — так она объявила, и не переспорить маму было, ну, никак!
Домой Маша вернулась, когда землю уже укутал снег, а в окнах домов, кафе и витринах магазинов загорелись разноцветные огоньки, предвещавшие приближение Нового года. Зима выселила осень из-за калитки с почтовым ящиком и сама засела там в ожидании корреспонденции.
Девочка, зайдя в квартиру, первым делом бросилась в кухню. Мгновение спустя на ее крик примчалась из комнаты мама.
— Господи, Машутка, ты почему так вопишь? Ударилась? Обожглась кипятком?! Покажи!
— Не ударялась я! Но… мама, а где Теремок?!
— Теремок? Какой Теремок?
— Ну, тот красивый домик из низа!
