Второй путь — тот, что выбрал для себя и его учитель — предполагал эмоциональную близость, но в контролируемых пределах. Джегг уже понимал, что это значило — ограничение физических контактов. И собственного физического влечения.
Несколько позже Джегг узнал, что был и третий вариант: добиваться расположения женщины, чей внутренний мир тебе настолько близок, что его не поднимется рука менять даже в порыве страсти. Но у этого метода обнаружился серьёзный побочный эффект. Мать Джегга он привёл к незапланированной беременности, а отца — к смерти.
А белый священник Оле как-то рассказал ему о Норге — волшебной стране, богатой, счастливой и умеренной. Колонисты Норга не подвержены ни гипнозу пропаганды, ни специфическому ментальному воздействию священников Миссии. Вот только попасть туда практически невозможно — Норг неохотно принимает к себе иммигрантов. А уж с такой профессией, как у Джегга, об этом нечего и мечтать.
Но Джегг мечтал. Мечтал, одиноко лёжа в своей комнате, мечтал, с головой пропадая в лётных симуляторах. Никому и никогда он не рассказывал о своей заветной цели: угнать звездолёт и сбежать в вольные контрабандисты. И когда-нибудь где-нибудь спасти молодую красивую туристку с Норга от каких-нибудь космических пиратов. Или хотя бы с терпящего бедствие корабля.
Разумеется, Джегг был достаточно взрослым, чтобы понимать — это всего лишь приятный мираж, воплотиться в реальность которому не суждено. Норг считал колонистов своей главной ценностью. Их личный код обеспечивал такой уровень протекции, который никому в Священной Миссии даже не снился. Если туристка с Норга каким-то чудом попадёт в плен, Норг вышлет за ней целый флот боевых кораблей. А уж надёжность их звездолётов с обычными даже сравнивать не приходилось. И это не говоря о том, что сам Джегг никогда бы не смог махнуть рукой на ответственность чёрного священника, которую нёс перед собственной Священной Миссией, и просто сбежать.
Потом времена изменились. Моральных ресурсов не оставалось ни на лётный симулятор, ни на фантазии (порой весьма фривольные) о прекрасной незнакомке, благодарящей его за своё спасение. Постепенно Джегг о Норге забыл.
С женщинами дело обстояло сложнее. Подавлять собственное влечение он научился быстро, и вскоре это стало естественным, как дышать. При этом всё более отточенный навык эмпатии открывал широкие возможности. Джеггу не составляло большого труда расположить к себе практически любую даму, если того требовала миссия. А случалось такое нередко — основная часть заданий состояла в том, чтобы подобраться достаточно близко к человеку, которому требовалась проповедь. И женщина этого человека, как правило, открывала самый короткий и надёжный путь.
Он никогда не заводил всё слишком далеко. Никогда не использовал всю власть, которую давали ему пара танцев, несколько двусмысленных фраз и жарких прикосновений. Ведь это лишь часть его работы. Та часть, за которую он себя особенно ненавидел.
Но вот Джегг сидит в нейроперчатке за мнемосхемой космического корабля. А уроженка Норга только что отблагодарила его поцелуем. Юношеские мечты сбылись иначе, чем он себе представлял.
Джегг прикрыл глаза и позволил себе несколько минут приятных фантазий на тему чувственного романа с Астер: будет совсем не сложно раз за разом откликаться на её эмоции, мало-помалу подводя к желаемому результату, не правда ли, Джегг? Да, она не подвержена твоему прямому внушению. Но тем уязвимее для косвенного: разве ты не заметил, какой открытой и беззащитной становится Астер наедине с тобой? Бедняжка, она ведь не знает о чёрных священниках ровным счётом ничего. Она понятия не имеет, что для тебя значит обладание женщиной, которую можно прижимать к себе, не опасаясь ни за её рассудок, ни за свой собственный. Миниатюрная Астер даже близко не похожа на знойных красавиц из фривольных юношеских фантазий, но тебе ведь это уже безразлично, не так ли? Не будь она с Норга, ты поглядел бы вообще в её сторону?
Джегг вспомнил маленькую ладошку, судорожно зажатую в его руке. Нет. Неправда. Он хотел её с самого начала, с первой минуты, когда их пальцы переплелись в слизком желе криокапсулы. Золотая нить в темноте… Просто тогда это ощущалось иначе, чем сейчас, когда он пусть медленно, но стал возвращаться к психическому равновесию. Джегг методично вытоптал в собственной душе малейшие ростки надежды любить женщину и быть любимым в ответ.
Астер помогла ему и сказала, что за такое не благодарят. Но она заслуживает благодарности. Куда большей, чем пошлая попытка затащить её в постель.
Джегг помнил, что у Астер есть мечта, к которой она летит на этом корабле. Он выяснит, в чём она состоит, и поможет ей, насколько будет в его силах, достичь цели. И попрощается. Сам же… должно быть, сам он будет хранить Астер в памяти до конца своих дней. Вот и всё.
— Ты тянешь время, чтобы подольше побыть с ней, — ворчливо заметил внутренний голос. — Цели он ей поможет достичь! Надо же, помощничек выискался! Да Астер без тебя, может, легче будет во сто крат.
