— Ошибка? — таким же едва слышным голосом повторил господин Рем, и его слова хрустящими льдинами повисли в воздухе. — А может, никакая не ошибка? А трусость, позор и бесчестье? Истязать подобным образом беззащитного пленника? — по мере того, как вышеуказанный господин произносил эти слова, он повышал тон голоса и в конце концов перешел на крик. — Мерзкий сброд! И если вы думаете, что таким поведением заслужите себе место на ветке, вы глубоко ошибаетесь! Вы четверо, — он указал рукой на оборванцев, — изгоняетесь из Омарона без права когда-либо вернуться обратно! Мне не нужны такие люди! Идите в лес и там разбойничайте, как хотите! Мы не держим кровопийц! А вы, господин Сурт и господин Нут, — мужчина нарочито издевательски растягивал слово «господин», словно желая уменьшить его значимость, — вы, мои славные воины, подлежите суровому наказанию. Возвращайтесь пока в свои гнездимы, а на Совете мы решим, что с вами делать.
— Но… Господин Рем, нас ведь не прогонят из Омарона? — чуть не плача, проговорил светловолосый Нут. Его большие, по-детски наивные, глаза наполнились густыми слезами.
Но всадник не сказал им больше ни слова, словно забыв про их существование. Он подъехал к пленнику.
— Прошу прощения за своих воинов, — проговорил господин Рем, с искренней жалостью глядя на юношу. — Это поистине неподобающее отношение к вам…
— Извинения приняты, — слабо усмехнулся Артур, безуспешно пытаясь одной рукой остановить кровь, лившуюся из его израненного плеча.
— Вам сейчас окажут помощь, — добавил всадник.
— И отпустят? — со слабой надеждой поинтересовался Артур, но господин Рем лишь с сожалением покачал своей седой головой.
— Завтра будет Совет. На нем все решится, — загадочно ответил всадник.
Нежданный спаситель сдержал свое слово: Артура тут же препроводили в больничный гнездим, располагавшийся между ветвей корявой сосны, на котором большими жирными буквами было написано: «КАРИ ОМАРОНА». Эта надпись своей двусмысленностью могла вызвать затруднение у человека, впервые гостившего в окрестностях Беру.
Действительно, как следовало ее понимать? Как то, что местные жители не отличаются особой грамотностью и написали название знаменитой армутской специи карри с одной буквой? Или же как то, что здешние лекари настолько сомневаются в собственной квалификации, что решили стереть начало слова, дабы исключить все возможные претензии на их счет? Так или иначе, в действительности оказалось, что врачи Омарона на самом деле вовсе не являются профессионалами своего дела. Они выдавали себя за таковых, однако при этом так мало смыслили в лекарской науке, что, казалось, иной раз лучше было бы дать больному самому поправиться, нежели обращаться к этим светилам науки.
Когда раненого юношу привели в этот многообещающий гнездим, его встретили два молодых человека, по возрасту не многим отличавшиеся от самого пациента. Они были облачены в длинные зеленые халаты до пят, на которых небрежно виднелись засохшие пятна крови. На маленьких табличках, прикрепленных к воротничкам, не было имен, а только коротенькие безличные слова: Доктор 1 и Доктор 2, что также не могло не беспокоить пациентов, жаждущих получить квалифицированную помощь.
— Что это с ним? — безразлично поинтересовался у конвоира Доктор 1. Артур с удивлением взглянул на лекаря. Если уж врач не в состоянии уразуметь, что с больным, то, значит, дело совсем плохо.
— Вероломно напал на наших людей, за что и получил по заслугам, — сухим голосом ответил конвоир и, оставив клипсянина наедине с господами врачами, незамедлительно покинул больничный гнездим. Доктор 1 с большой неприязнью покосился на воинственного пациента. Он всем сердцем ненавидел драки, ибо в них всегда бывает пострадавшая сторона, и, стало быть, нужно вмешательство врача. А этот славный лекарь не любил вмешиваться. Юноша только недавно освоил лекарскую науку и пока еще не мог привыкнуть к тому, что наплыв больных никогда не заканчивается.
— Тебе надо раздеться, — сухо сказал он, в то время как Доктор 2 готовил какие-то малопривлекательные на вид мази.
Артуру с трудом удалось это сделать. Израненные руки совсем не слушались своего хозяина.
— У тебя какой-то… побитый вид, — с некой долей презрения заметил юный врач, с брезгливостью глядя на шрамы на спине Артура.
— В противном случае, я бы вряд ли тут оказался, — с иронией проговорил клипсянин, однако медицинский работник едва ли ощутил насмешку в его словах.
Доктор 1 начал неумело обрабатывать ушибы и порезы Артура, своими неловкими и грубыми движениями причиняя страшную боль. Рана на плече оказалась довольно большой, и Доктор 2 предложил зашить ее.
— У нас нет обезболивающего, — холодным голосом предупредил Доктор 1, внимательно всматриваясь в бледное лицо своего пациента.
— Даже если бы и было, вряд ли мы стали бы тратить драгоценное средство на того, кого вскоре будут судить на Совете, — сухо проговорил Доктор 2, с неприязнью косясь на юношу.
— Это будет больно… Ну так что, делаем? — на всякий случай поинтересовался у Артура Доктор 1.
