— Да, я думаю, вы правы, сэр. Пожалуй, стоит пригласить наших из уголовного розыска и кой у кого взять отпечатки пальцев. Но это можно только у подозреваемых и только с разрешения родителей. У всей школы снимать отпечатки никак невозможно. — Он замолчал, продолжая записывать в блокнот, больше чтоб потрафить директору и репортерам местной газеты, для суда эти записи вряд ли пригодятся. Таким кражам счета нет, за всеми не уследишь. — Но всяком случае, мы возьмем номера украденных транзисторов и их описание сообщим куда надо на случай, если они появятся в подходящих местах. Сидеть сложа руки мы не будем, сэр. Но, боюсь, у нас тут здорово налажена скупка краденого. Все начинается с доков — вы не представляете, сколько всякого добра тайком сбывают с кораблей, а служащие, рабочие, школьники покупают его и думать не думают, что это беззаконие. Так что у воров ваши приемнички не задержатся. Нечего и надеяться. — Он нажал на шариковую ручку и приготовился опять записывать. — Ну, а как, по-нашему, они забрались в школу, сэр, ведь окна и двери не взломаны? — Нападай, защищайся, выкручивайся на все лады, и так изо дня в день, думал он, конца этому нет.
Маршалл сразу учуял тут нечто вроде попытки переложить вину на него. Школа, без сомнения, охраняется неважно, нашлись же какие-то лазейки.
— Видите ли, сторож как раз был в помещении школы — пришел проверить, не протекла ли от дождя плоская крыша, — так что разные двери, которые обычно заперты, были открыты, в том числе и входная дверь. Но Джарвиз считает, что воры каким-то образом влезли в окно зала; понимаете, он там поскользнулся, на полу оказалась лужа, но крыша не протекала. — Маршалл чуть помолчал. — Странная история. Надо будет проверить запоры на всех окнах в зале… — Но об окнах он уже не думал. Полицейский еще не сказал ни слова, но, уж конечно, он теперь подозревает сторожа. В таких вот историях это самое отвратительное. Пока не найдены истинные виновники, подозрение надает на всех и каждого. — Боюсь, больше мне пока сказать нечего… — Директор выпрямился в кресле, нахмурился; его сердило, что он словно бы защищается, а надо бы задать жару этому полицейскому, который не очень рвется исполнять свои обязанности. Но какой-то толк от этого разговора, пожалуй, будет, утешал он себя…
— Ладно, сэр, со сторожем я поговорю и сниму показания с вас обоих. И еще скажу там, в отделе уголовного розыска, может, у них сегодня найдется свободное время…
Маршалл ощутил, как в нем вздымается волна гнева, и еще сильней нахмурился. Что-то, видно, у полицейского на уме. А тот небрежно произнес:
— Надо думать, все это школьное имущество застраховано?
Тут директор окончательно вышел из себя. Так вот оно что! Мало ему было всех этих оскорбительных вопросов. Трудиться отыскивать негодяев, конечно, неохота. Пусть лучше страховая компания заплатит! Если уж так настроена полиция, чем она, спрашивается, лучше преступников? Вечно кивают на страховую компанию и тем успокаивают свою совесть!
Маршалл призвал на помощь всю свойственную его должности холодную внушительность.
— Да, застраховано. Но не в том суть, Питерс. — Он поднялся (так он возвысился над полицейским, тот ведь сидел), оперся костяшками пальцев о стол, заговорил поучительно: — Вне всякого сомнения, кто-то в школе причастен к этой краже со взломом, Питерс, и даже если это вас мало трогает, негодяй должен быть призван к ответу. — Директор был до крайности раздражен, и голос его звучал громче и пронзительней обычного. — Если полиция не займется этим всерьез, преступник останется безнаказанным и над нами же станет потешаться. — Он даже глотнул от волнения, потом продолжал: — Имейте в виду, если сейчас не принять меры, в ближайшее же время вы опять к нам придете, нам не миновать новых происшествий. Мы не успеем оглянуться, как Фокс-хиллская школа станет не лучше Нейпирской, и у нас тоже что ни ночь будут бить окна и устраивать кражи со взломом. — Он уже по-настоящему разгорячился, с трудом перевел дух. — К вашему сведению, в ближайшее время на участок Новых домов переселят жителей из квартала доков, и там полно будет таких вот деточек. Со временем там построят другую школу, но пока нам придется принять их к себе… — Он скорчил гримасу, словно глотнул рыбьего жира. — И все у нас пойдет вкривь и вкось еще до того, как они к нам явятся. Если я не остерегусь, мои добропорядочные семьи заберут своих детей и определят их в частные школы. Так что если не возражаете, пока еще не поздно, будьте столь любезны принять меры…
Полицейский промолчал — для бывшего питомца Нейпирской школы то был верх дипломатического такта.
— Самое малое, что вы можете сделать, — пройдите по классам и что-нибудь такое скажите, чтоб нагнать страху на этих мерзавцев. Разве это уж так трудно?
Взору Питерса ясно представилась ядовитая жалоба на столе начальника. Полицейский всегда между двух огней: что бы ни случилось, на него обрушиваются с обеих сторон.
— Хорошо, сэр, сделаю, если, по-вашему, это поможет.
