В общем подвале Всех Церквей было темно. Обнаружив силовое поле, Конрад и думать забыл про обожженную охранной магией руку. Превозмогая боль, он схватил Мики и Катарию и помчался с ними к ближайшему же входу в храм божий, чтобы объявить о немедленном сборе всех свободных групп охотников. Мешкать было нельзя ни в коем случае, ведь если за преградой действительно обнаружится что-то, это станет самым грандиозным побоищем со времен большого уничтожения ведьм в Средневековье.
Мики не разделял энтузиазма хантера. Он хмурился и опасался того, чт'o они могут встретить за завесой той тайны. Будь это вурдалаки, уроды и трупоеды, попытка их убийства могла оказаться гибельной для самих охотников, потому что силы тех, настоящих убийц во много раз превышали силы всего Молота Ведьм, сколько бы амулетов против силы ведовства те ни носили при себе. На этот раз, спеша за Ренье, Мики понимал, что шутки уже кончились.
Приблизившись к знакомой комнате, Ривьера услышал мерный стук дерева, жуткие вопли и вой. Нахмурившись, парень сделал шаг в знакомое помещение и застыл, словно пораженный шаровой молнией. Сегодня в их инквизиторской было жарко. Охотники на ведьм получили богатый улов, напав на городок, в котором обнаружилась целая секта фанатиков и приверженцев черной магии. В этот раз хантеры даже не отказали себе в удовольствии и приволокли всю группу на дознание, сочтя, что те могут выдать более ценную информацию и раскрыть местоположение своих собратьев, которые причастны к занятиям магией.
Жуткий скрип оказался лязгом десятка пыточных орудий; охотники привели их в действие по случаю особого торжества. Стоны и вопли пытаемых ведьм отскакивали от стен, как отголосок той боли, которую предстояло испытать всем решившимся исповедовать иную философию. Посмотрев под ноги, Мики отшатнулся. Он увидел, что по полу ручейком течет кровь, красная и густая, как растопленный мед. Парень сделал вдох и выдох.
На дыбе был растянут какой-то темнокожий мужчина. К счастью для него, он был уже скорее мертв, чем жив. Напоминая куклу, у которой кто-то вырвал зрачки и заменил их отблеском адского пламени, он висел со свернутой головой и торчащей наружу костью. Сняв с потолка «железную деву», хантеры заталкивали в нее визжащую полураздетую женщину не очень опрятного вида. Чуть поодаль, за картиной, еще два охотника развлекались тем, что по очереди отрезали пальцы рыжеволосой девушке, на вид едва старше самого Мики. Она боролась, шептала что-то, хотела что-то объяснить, но слова умирали, так и не слетев с ее губ, и терялись в лязге и скрежете. Мики отвернулся, когда Риджвуд — огромный хантер из тех, что вели клан охотников через столетия, — вытянул язык пытаемой огромными щипцами и занес над ним нож.
Чья-то отрезанная кисть белела на полу в темноте, напоминая резиновую игрушку из магазинов ужасов. Мики заметил, с каким удовольствием смотрит на это из противоположного угла Скайлер. В последние дни мало кто видел ее, она чаще проводила время со своим пострадавшим собратом Луцием, но сегодня был явно особенный день, раз даже Торквемада решила снизойти до того, чтобы спуститься в общий подвал.
Несмотря на то что Мики до этого редко видел подобные вакханалии, он понял, что ему достаточно и этих пяти минут, проведенных в затхлом помещении, пропитанном запахами крови и страха. Отслаивающаяся от костей плоть, клочьями свисающая с безжизненных тел, бельма ничего не видящих глаз, переломанные ноги и руки — он словно оказался в стране кошмаров.
Ренье не обращал внимания на происходящее. Он подбежал к Скайлер и принялся что-то быстро-быстро говорить ей на ухо. По тому, как стало меняться ее лицо, Мики понял: она заинтересовалась услышанным.
Скайлер бы давно уже истребила всех колдунов, если бы ей ничто не мешало и если бы она знала, где их гнездо. В этот раз ничто не помешает ей совершить задуманное. Одобрительно хлопнув Конрада по плечу, охотница дьявольски улыбнулась. Ликование — вот что горело сейчас в ее глазах.
Услышав шепот Ренье, древнее создание, которое сидело в клетке, тревожно завозилось. Мики перевел взгляд на Калеба, который привычно молча сносил все удары и пытки. Сейчас же он протестующе схватился за прутья, приближая свое лицо к решетке и открывая лишенный языка рот в немой просьбе. Он протянул руку, словно желая позвать на помощь.
Скайлер перестала улыбаться. Мики смотрел, как она отходит от стены и склоняется над существом, сжимая его пальцы до хруста.
— Что, Калеб, не нравится то, что ты слышишь? — промурлыкала женщина, скаля рот в улыбке. В ее руке Мики заметил ножницы с прорезью посередине. Он знал, для чего нужна эта штука.
— Ты боишься? — Скайлер просунула палец колдуна в отверстие и слегка сжала ручки. — Боишься, что я доделаю свое дело и выжгу ворлочью опухоль с лица земли? Твой сын будет среди мертвых быстрее, чем ты сам окажешься там…
Раздался противный хруст. Немое существо извивалось всем телом и выло, пока Скайлер сжимала ножницы и улыбалась, как лишенная ума. Отделив палец, она взяла его в руку, задумчиво повертев кошмарный трофей.
