Слабость все еще владела его существом, но температура больше не поднималась, и это означало, что состояние действительно стабилизировалось. Вспышка внезапного магического голодания отступила. Дан оляделся, сообразив, что впадал в спячку, экономя оставшуюся энергию.
— Сколько меня не было? — он протер глаза.
Марлоу на его груди превратился в человека. Шерсть сошла с его плеч и рук. Он с беспокойством и заботой навис над лучшим другом.
— Ты спал около шести часов.
— Ты оставался со мной рядом все это время?
— А ты как думаешь? — сурово ответил друг. — Я смотрел, чтобы тебя снова не начали околдовывать. Хотя я не жду этого до завтра. Я знаю этот ритуал. Нужно некоторое время, чтобы его повторить.
Данте зарылся пальцами в его волосы.
— Спасибо. Мне хорошо рядом с тобой.
Мэл приятно поежился от такого тона.
— Ты хочешь что-нибудь? Поесть? — тихо предложил он.
— Нет. Я хочу, чтобы ты не уходил, — повторял свое Данте. — Если ты тут, я знаю, что выберусь, Мэлоди.
Его мурлыкающий тон заставил что-то в груди Мэла сладко сжаться. Как странно. Данте не было совсем недолго, но Мэл ощутил облегчение оттого, что тот проснулся. Он не удержался и провел рукой по волосам волчьего ворлока.
— Выберешься. Ты всегда выбираешься. Но на твоем месте я предпринял бы нечто более рискованное. Например, нашел бы твоего мальчишку и свернул ему башку.
— Оставь его. Не надо, — поморщившись, прошептал Дан. — Я … не хочу про это думать.
— И что, ты позволишь ему просто так уйти и предпринять попытку повторного колдовства?
— Он не предпримет. Я не знаю, что это было. Но не думаю, что он нарочно. Я знаю его, Мэл. Он не … пойдет против меня.
Услышав это, Марлоу ехидно фыркнул:
— Да что ты. Не могу поверить. И ты что, намереваешься оправдывать его?
— Марлоу, — Дан нахмурился. — Оставь это. К чему ты снова поднимаешь этот разговор?
Мэл злобно прищурился, предпочитая проигнорировать вопрос, однако Дан не отставал:
— Что ты задумал, спрашиваю? Я знаю это лицо! Говори как есть!
Марлоу подождал некоторое время перед тем, как огрызнуться.
— Ничего, слово средневекового ворлока. Белобрысый крысеныш — твоя забота! Я сделаю так, как скажешь ты!
Дантаниэл покосился на него, удивленный такой покорностью. Марлоу выглядел расстроенным и хмурым.
— Ты подозрительно ведешь себя, — сощурившись, заметил Дан.
— Да нет ничего подозрительного. Не буду я жрать твоего блондина, — заверил Марлоу. — Я почти начинаю смиряться с фактом его существования. В конце концов, если бы не он, я бы не смог быть с тобой снова.
От этих слов, влетевших, как ядро из пушки, Данте приоткрыл рот. Если бы он не лежал, он бы предпочел сделать это, потому что от удивления его колени дали бы слабину. Его поразило сразу несколько осознаний, самым главным из которых было:
— Чего? Уж не хочешь ли ты сказать, что ты готов отступить и простить его за то, что он вообще родился на свет?
— Нет. Я просто не собираюсь в это вмешиваться, — огрызнулся Марлоу.
Данте улыбнулся. Он сейчас выглядел как лис, до отвала наевшийся сыра. Мэл хотел бы его удушить силой мысли, но, увы, это была не его магия.
— Ты чувствуешь себя обязанным ему. Черт побери, Мэл, — Дан старался не заржать. — За все пятьсот лет твоего существования я не думал, что ты доживешь до такого. Быть обязанным апрентису. Вот почему ты такой отстраненный!
— Ничего я не чувствую, Данте! Завязывай с комментариями, — тут же ощетинился кошачий ворлок.
— Хорошо. Хорошо, Мэл, все. Я подумаю над тем, что ты сказал! Все. Не пыли. У меня нет сил сейчас сражаться еще и с тобой.
Марлоу замолчал, впрочем, продолжая хмуриться. Бледный Данте предпринял попытку вывернуться из-под друга и потерпел фиаско в этом деле.
— Силы вернутся ко мне? — тихо спросил он. — Мне уже лучше. Но я еще слаб.
— Я буду смотерть за тобой. Постараюсь поймать этот момент и обернуть магию против тех, кто накладывает ее на тебя.
— Ты моя крестная фея, — пошутил Дантаниэл и тут же получил тычка.
— Крестная фея. Следи за своим языком, иначе я достану палочку и тебе не покажется мало.
Хищный блеск в глазах Данте дал Мэлу понять, что его слова были трактованы двояко. Данте внимательно вглядывался в черты лица лучшего друга. Его губ коснулась коварная, хотя и слабая улыбка.
— Может, я рассмотрю твое предложение, — подхватил тему Дан, потеревшись о Марлоу носом. — Ты можешь мне с этим помочь. Следить за моим языком…
— Тебе сейчас только лишних движений не хватало, — Марлоу был все еще недоволен, однако хмурый взор его немного смягчился.
Дан кочевал из одного состояния в другое. Он почувствовал себя легко, спокойно и свободно, а затем плавно поднялся вверх.
— Мне нравится ощущать твой язык, — он прошептал эти слова прямо Марлоу в ухо. — Чувствовать твой вкус. Ты же не станешь отказывать лучшему другу в обьятиях?
Марлоу моменально вспыхнул от такого признания.
— Мне плохо. Ты должен поставить мне диагноз, — продолжал нагнетать Дантаниэл. — Сделай мне искуственное дыхание рот в рот.
