Мэл определенно терял нить беседы. Как замечательно было почувствовать тепло знакомых ладоней, ползущих по пояснице. Его словно наполнили солнечные лучи. От удовольствия он задышал быстрее.
— Дан, тебе надо отдохнуть… — попытался брыкаться Марлоу, поняв, что его прижимают теснее, чем стоило бы.
— Ну да. Ты все равно собирался лежать рядом со мной.
— Но не на тебе.
— Это почему? — Дан ощущал его наливающееся кровью возбуждение. Мэл хотел скрыть его, но не получилось, Данте довольно быстро прижался пахом к его каменной эрекции.
— Я люблю слушать, как ты задыхаешься. Мне нравится твое кошачье рычание. И твои поцелуи ...
Мэл закатил глаза, безоговорочно поддаваясь его магии, пожалуй, как и всегда, слишком быстро. Красный зрачок Дантаниэла блеснул во мраке спальни. В нем проносились неприличные пошлые картины прошлых лет. Мэл затаился, рассматривая горячую порнографию, явно адресованную ему. От подобного зрелища он хотел прожечь кровать. На кончике его головки образовалась капелька смазки. Дан делал это нарочно. Яркие образы пульсировали в его зрачке, наглядные, как никогда.
Мэл навалился на друга всем телом. Его раздумья стоили ему свободы — Данте впился в его рот, кусая его одними губами как можно горячее. Мэл ощутил его движение. Он тихо выдохнул, поначалу слабо, а затем все более громко. Его стало так просто уговаривать. Дан улыбнулся. Те моменты их дружбы, по которым он так скучал, возвращались.
Марлоу сцепил вместе их руки. Он целовал Данте в ответ, как делал это слишком часто в последнее время. Какую черту они оба перешагивали? Этого Марлоу не знал. Его зеленые глаза распахнулись. Данте смотрел прямо на него. В его взгляде таились демоны, каких не видела сама преисподняя.
— Ты неугомонный, — прошептал Мэл, едва получив немного свободы. — Ведь у тебя совсем нет сил!
Данте помедлил с ответом. Марлоу был его силой, и он знал, что личным барьерам лучшего друга уже давно настал конец. Стоило ли беречь те, что еще стояли? Дан мягко прикусил губу Марлоу:
— Замолчи, Мэл. И следи за языком...
Комментарий к Глава 16. Послание http://s020.radikal.ru/i708/1510/97/f31b9cabe8c4.png
====== продолжение 1 ======
В спальне двигались два тела. Эмбер потянул девушку к себе, вдыхая сладкий запах ее кожи. Ее близость приносила отдых усталому телу, а аромат ее волос — такой сладкий — сводил с ума. Эмбер не врал, когда говорил, что ему было сложно открыться кому-то, но сейчас все грани стирались в его сознании, и причина этого была не ясна юному ворлоку.
— Будь смелее, — тихо произнесла Риджина.
Светловолосый парень плыл в темноте. Ее тело было в его руках, волосы падали в лицо. Губы порхали по его шее, скулам. Молодой человек прикрывал ресницы, стараясь прогнать образ, который настойчиво вторгался в его сознание. Именно в этот момент воспоминания о Данте казались как никогда отчетливыми, и это осознание поразило своей четкостью.
Зажмурившись до боли, Эм перетянул девушку на колени. Ее голова откинулась, а губы немного приоткрылись; с них сорвался тихий, протяжный стон. Эм уплывал от напора, жара и разливающегося по его животу тепла. Пальцы Джины были в его волосах, приводили в беспорядок пряди, а вместе с тем путали и мысли.
Эм поднялся вверх. Он внимательно смотрел на Риджину, стараясь втянуть в себя как можно больше ее теплоты, сжать ее крепче, но не до боли. Он просто хотел выгнать образ Данте из своего сознания...
— Мэл… — Данте вздохнул, откидываясь на лопатки. Марлоу обнимал его сильно и так жестко, что болели ребра. Он не предпринимал попыток пойти на дальнейший контакт, но этого и не было нужно: он вдруг осознал, что именно в этот момент лучший друг был ближе к нему, чем когда-либо. Выгнув Данте в пояснице, Мэл перетянул на колени его бедра. Он гладил его по животу и не отрывал глаз от его лица. Данте нравилось, когда его трогают так; этих простых, грубоватых прикосновений хватало, чтобы загораться.
Собственная мягкость не давала Мэлу покоя. Он никогда не позволял себе открываться перед кем-либо настолько, даже перед Данте; их прежняя близость была совсем не такой. Сейчас словно новые границы, новые горизонты появлялись для них обоих; новые возможности бросали вызов, предлагая шагнуть еще дальше, чем следовало.
Мэл едва слышно застонал. Данте под ним изгибался, обволакивал его своим теплом. Он был такой горячий.
Парни перекатились. Теперь Данте оказался сверху, он вцепился в грудную клетку Мэла, сжимая его соски и заставляя шипеть от страсти. Мэл прижимал своего лучшего друга к себе, не разрывая поцелуй ни на минуту. Он не позволял Данте отстраниться от себя и придерживал его ладонью за затылок, мечтая, чтобы кто-нибудь объяснил ему, как дать по тормозам. Прошло несколько затянутых минут, прежде чем оба парня смогли немного замедлиться. Данте чувствовал солоноватый привкус крови во рту — его или Мэла, было трудно сказать; их губы были искусаны и почти перестали реагировать на прикосновения.
Мэл терся об него напряженным телом. Оба ворлока тонули в море собственных жарких желаний…
