Дан гладил мальчика по спине и волосам. Эм хотел потянуться к ворлоку, но ощутил, что Данте сам влечет его. Эм покорно сполз и уткнулся лицом в грудь своего создателя. Пальцы Данте пробежались по его шее. Эм ощутил, что мысли его начинают комкаться и путаться, словно кто-то настойчиво проводил там уборку.
Поняв, что Дан сейчас усыпит его, Эм попросил:
— Дан, пожалуйста, не стирай мне память.
— Я не буду. Я просто хочу, чтобы ты поспал недолго. Чтобы ты не мучился.
Эм хотел сказать своему ворлоку еще какие-то важные слова, но не успел: Дан сделал, как обещал, погрузив мальчишку в темноту.
Трехсотлетний колдун тяжело вздохнул и покачал человека в своих руках. Возможно, именно сейчас он ощутил, насколько сильно и действительно искренне он хотел бы помочь этому мальчишке, к которому он привязался всеми фибрами своей бессмертной души. Дан знал, что отвечал за него. И он не собирался отступать.
Небольшой костер на поляне полыхал. Мэлу все же удалось заставить свою магию произвести хотя бы одну крошечную искорку. Он развел огонь недалеко от деревьев и недовольно покосился в сторону, куда ушли Данте и Эм.
— Еще немного, и они пропустят самое интересное, — проворчал он.
Однако ворлоки показались со стороны реки, следуя на небольшом расстоянии друг от друга. Прошло около двух часов с того момента, как они высадились в лесу. Эм выглядел помятым и сонным.
Мэл посмотрел на парней косо, однако не стал ничего комментировать. Вместо этого он сказал:
— Я приготовил все что нужно. Осталось позвать главных гостей.
По его команде Дагон и Элай открыли багажник. Мид и Торквемада уже пришли в себя. Увидев довольные лица ворлоков, они оба подались назад.
— Марлоу! — завизжала Скайлер, когда Дагон довольно грубо помог ей выбраться из багажника. — Ты обещал! Ты обещал, что отпустишь меня!
— В самом деле? — подняв с земли большую ветку, Мэл ткнул ее концом в занявшийся костер. — Я обещал, что не трону тебя. Но за своих друзей отвечать я не могу.
Его оскал дал Скайлер понять, что она жестоко ошиблась, на секунду предположив, что старый враг не обманет ее.
— Отпусти меня! Моя смерть ничего тебе не даст! — продолжала кричать она.
— Напротив. Может, тогда я наконец хоть засну спокойно, — хладнокровно парировал Марлоу.
Скайлер вырывалась и кричала, когда братья волокли ее к дереву. Они привязали ее к стволу веревками, которые обнаружились в багажнике броневика. Охотница не переставала нарушать тишину округи:
— Ты предатель! Ты! Ты обещал отпустить меня!
— Прости. Ты тоже много чего обещала мне. Но мне кажется, ты слишком надолго задержалась на этом свете не за свой счет.
Элай подтащил к соседнему стволу Мида. Тот молчал. Он понял, что игра заведомо проиграна. Отсутствующими глазами капитан уставился в небо. Значит, такова расплата? За перемены, за желание лучшей жизни? Он мог только радоваться, что предусмотрительно сделал перед смертью одну вещь…
— Отберите у него телефон. Он записывал все, что происходило на поляне, — напомнил Мэлу Эмбер.
Марлоу посмотрел на полицейского, который лишь усмехнулся кривой улыбкой.
— Сожалею, но ничем не могу вам помочь. Я уже загрузил видео в Сеть. У меня было немного времени подумать над тем, чего я хочу от остатка своей жизни. По крайней мере я сделаю так, чтобы о ваших зверствах узнал весь мир.
Подойдя ближе, Марлоу быстро обшарил его карманы. Вытащив устройство, он включил экран. «Данные переданы» — гласила надпись на дисплее. Похоже, Мид не обманывал: первая же ссылка, открытая в браузере, вывела Мэла на канал ютуба, где на заглавной странице отобразилось десятиминутное видео со знакомым сюжетом. Ворлок с рычанием пододвинулся к капитану.
— Ты… как заноза под шкурой носорога. Думаешь, ты что-то изменил? Нет. Этот мир стоял без тебя. И он будет стоять, когда тебя не станет. Ты даже не увидишь собственной смерти!
Мид ничего не ответил. Он поднял голову и посмотрел на лучи заходящего солнца, светившие сквозь густые кроны елей. Это было последним, что он увидел. После этого Мэл схватил его за подбородок и молниеносным движением полоснул по глазам. Капитан не дернулся и не вскрикнул от адской боли, а Мэл не успокоился, пока на месте зрачков полицейского не остались два зияющих провала. Он видел, что капитан все еще человек. Его взгляд не выдавал ни капли магии.
После этого Марлоу отошел на шаг. Эм отвернулся, не желая смотреть на отвратительное зрелище.
— Не тронь меня! Не тронь! — кричала Торквемада, когда Марлоу подошел к ней с целью проделать то же самое. Женщина билась и извивалась в его руках, визжа от боли, но Марлоу не останавливался, пока ее глазные яблоки не оказались у него на ладони. С этой тварью все было куда сложнее. В ее венах теперь текла магическая кровь.
— Вы будете вечно плутать во тьме без глаз. А когда ты сдохнешь… Я вырву и твое сердце, — Марлоу отряхнул руки, смахивая с них кровь. Телефон Мида полетел в кучу хвороста.
Капитан с трудом выпрямился, глубоко вздохнул, слушая вопли боли, доносящиеся справа. Он больше не видел этот мир, как не видела его и та, что боролась за его чистоту до самого конца.
