Данте хрипло рассмеялся, но Эму почудилось, что за один миг он излечился от многолетней глухоты. Безумный ритм сердца по-прежнему звучал в ушах, но теперь к нему присоединились раскаты металлического смеха, и вместе они слились в общий гул. Как будто улицы кричали их с Данте имена, но они продолжали игнорировать пролетавшие мимо огни. И все менялось, словно по волшебству. Ночь проносилась мимо и растворяла красный Ферарри, мчащийся на крыльях ветра. Эмбер чуть подался вперед. Теперь, когда ничто не отвлекало его мысли, в голову начали лезть совсем другие странности.
— Твою мать, мы похожи на ветер, — прошептал он, увидев сплошную серую массу.
— Да, детка, — довольно прошептал Дантаниэл. — Люблю ночь и трассу, когда больше никого вокруг и только скорость… И ночной воздух обнимает тебя. Это еще лучше, чем вечность.
Эм слушал его вполуха, но вполне понимал, о чем говорил колдун. Вдали мелькнул новый пункт назначения, оленьи глаза и фары встречного грузовика. Новая табличка известила их о том, что они уже в соседнем городе, спасибо, если не в соседнем штате. Эму почему-то стало все равно, как бы неправильно это ни было, он поддавался напору ворлока, которому были чужды все правила. Парень откинулся на спинку сиденья и посмотрел на Данте. Тот тоже не мигая смотрел на своего спутника. Его губы тронула улыбка, та самая – светлая и лучистая. И Эмбер к удивлению нашел в себе силы криво улыбнуться ему в ответ.
Данте делал невозможной его жизнь. Но в то же время, с ним она вдруг перестала казаться пресной.
Они гоняли по ночным дорогам до рассвета, и никому не хотелось ломать разговорами залитую призрачным светом тишину. Эмбер негромко включил музыку, а когда они вернулись обратно в Гринвуд, он сообразил, что не ложился со вчерашнего дня. Все это время ему просто не хотелось думать о сне.
Жаль, что раннюю смену в кафе при этом никто не отменял. Данте кинул тачку на какой-то улице, похожей на ту, где они ее нашли. На его взгляд они все были одинаковые.
— Завтра. Как всегда. Не опаздывай, — привычно бросил он, захлопывая дверцу.
Эм был слишком усталый, чтобы сообразить, что машину следовало бы вернуть именно туда, откуда они взяли ее.
— Ага, — сонно зевнул он. — Я помню. Пока, Данте.
За спиной раздался призывный свист. Эмбер обернулся.
— Эй, — Дантаниэл уходил, пятясь спиной. — Скажи, весело было?
Эмбер с секунду подумал над ответом. Положа руку на сердце, он готов был сознаться, что да. Но подлый ворлок и без того считал его мысли.
— Я так и знал, — он довольно кивнул. — Ты перевоспитываешься!
А затем, развернувшись, он отправился к себе. Эму совсем не понравилась последняя ремарка. Но мысли комкались в голове, и он не стал перебирать эту кашу. Морриган побрел к себе, едва не падая на ходу.
Данте продолжал посмеиваться, когда зашел домой. Его волосы и одежда пахли ветром, а в голове было пусто и хорошо; ни единая мысль не могла сейчас потревожить его благодушия, пока он не увидел, во что превратилась их прихожая.
Дантаниэл замер на пороге. На полу, у стены, у камина и у кресла лежали три девушки. О том, что это были люди, можно было догадаться исключительно по смутно сохранившимся признакам — все трое были поломаны и изуродованы, как дешевые куклы и практически превращены в кровавую кашу. Волосы, вырванные вместе с кожей, валялись по всему полу, комья изодранной одежды давали понять, что расставались с ней жертвы не по своей воле. В помещении стоял запах крови и сырого мяса. Четвертая женщина стонала в углу, пока Мэл трудился над ней, активно работая бедрами и вжимая ее лицом в пол.
— Развлекаешься? — Данте прикрыл за собой дверь.
Ответа не последовало. Мэл был слишком занят процессом и не хотел обращать внимания на отвлекающие мелочи. Он вдавливался в девушку с агрессивной скоростью; Данте на секунду даже завис от такого мельтешения. Блестящее тело Марлоу было похоже на чешую рыбы, извивающейся на крючке. С одной разницей — сейчас рыбаком был сам Марлоу, а четыре несчастных — пойманными на его крючок селедками. К сожалению, дохлыми.
— Я говорил тебе не таскать в дом трупы? — снова напомнил Дантаниэл, так и не дождавшись реакции. — Они не были трупами, когда пришли. Все честно, — хрипло отозвался Мэл, не сбавляя темпа.
Девушка под ним больше не стонала. По всем внешним показателям она была уже не так уж жива: из спины ее торчал нож с кровостоком, как раз такой Марлоу хотел себе купить очень давно.
— Когда закончишь, — Данте кивнул на окровавленные останки. — Убери тут все.
Он прошел мимо, устало потягиваясь. Ему сегодня хотелось только спать, а потому он даже не стал вступать с другом в перепалку. Тот проводил спину волка очень колючим взглядом.
— Как скажешь, Данте. Как скажешь.
Эмбер же не мечтал о том, чтобы спать. Точнее, он мечтал — все время и как только его взгляд касался горизонтальных поверхностей, но возможности такой ему не представлялось.
В кафе нашлось много дел. Нужно было прочистить забившуюся кофемашину, разрезать сэндвичи, кому-то что-то продать, не сбиться со сдачей.
