Предаваться невеселым размышлениям и сетовать на несправедливость судьбы было некогда. Столица изобиловала узкими улочками, и порой приходилось осаживать особо резвых горожан, которые проявляли любопытство и буквально лезли под копыта лошадей. Кронпринц этого не видел, но у сопровождавших не было ни минуты без напряжения. И только лишь за городскими воротами стало немного легче. Там уже не было таких толп, а редкие подводы и экипажи сами старались убраться с дороги и встать на обочину, едва заслышав требовательный звук рожка.
Обед их ждал в большом постоялом дворе. Посланный раньше отряд подготовил к приезду кронпринца отдельные комнаты. Бартоломью оставалось лишь проследить, чтобы его высочество без помех проследовал в нужном направлении. Чуть поколебавшись, он решил оставить охрану у дверей, а сам пошел в общий зал и заказал себе большую кружку ягодного отвара. Безумно хотелось выпить чего-нибудь покрепче, но ответственность за жизнь и благополучие наследного принца делала эту мечту несбыточной. Он мысленно пообещал себе непременно напиться с сослуживцами сразу по возвращении в казармы. Барт сидел в уголке, раздумывая, стоит ли заказать себе что-то еще — до ужина еще долго, но аппетита не было совершенно.
— Маетесь, капитан? — лейтенант из отряда плюхнулся рядом и поставил перед собой кружку сидра.
Барт поморщился. Фамильярность раздражала, как и неумение держать себя в руках.
— Не стоит пить на службе.
— Бросьте, капитан, — лейтенант сделал жадный глоток. — С этой ослиной мочи не запьянеешь.
— Тем более не стоит, — твердо сказал Барт и решительно забрал кружку, выплеснув ее содержимое за окно. — Вдруг у вас живот разболится с этой, — он понюхал остатки пойла и поморщился, — дряни.
— Эх, капитан, — произнес лейтенант и грустно улыбнулся. — Нет в тебе понимания.
— Лейтенант Карвер, мое понимание воинской службы регламентируется Уставом, который бы и вам выучить не мешало.
— Зануда, — едва слышно пробормотал лейтенант и ушел требовать у хозяина «той же бурды, что и у капитана». Бартоломью поморщился, сделал вид, что не расслышал шепота, и одним глотком допил кисловатый отвар. Командовать альфами всегда было тяжело, и давать слабину, особенно в мелочах, не стоило. Он проверил экипаж и лошадей. Перекусил за общим столом, велев сменить тех парней, которые охраняли комнату кронпринца, и счел, что двух часов для обеда и прочих дел вполне достаточно, после чего поднялся наверх и постучал в дверь.
— Ваше высочество, пора. Иначе…
Дверь распахнулась, как будто принц ждал приглашения ехать дальше прямо за ней. Алгернон скользнул взглядом по капитану и молча сбежал вниз, Барту ничего не оставалось делать, как последовать за подопечным и сесть в седло.
До темноты было еще долго, в первый летний месяц солнце садилось поздно. Поэтому Барт питал надежду, что к вечеру следующего дня они будут уже на месте. Хорошо бы еще и выехать с рассветом, но тогда пришлось бы общаться с принцем более необходимого, и отряд не преминул бы заметить их натянутые отношения.
— Вперед, вперед! — закричал форейтор, и экипаж тронулся, набирая скорость.
Капитан пришпорил коня, выбрасывая из головы лишние мысли. В конце концов можно было зайти в комнату принца, лично проверить ее безопасность, тогда и поговорить. Он поморщился: выполнять служебные обязанности, когда к ним примешиваются личные отношения, достаточно сложно.
========== Глава 2 ==========
Замок на фоне садящегося солнца казался устрашающим и огромным. Барт прикидывал, успеют ли они добраться дотемна — дорога шла в гору, а лошади устали, да и недовольная физиономия кронпринца в окне кареты не добавляла хорошего настроения. В любом случае, ночевать в открытом поле глупо, правда, и ехать по темноте по незнакомой дороге тоже не слишком хорошее решение.
— Сатклифф, Гласскок, скачите вперед, пусть все будет готово к приезду его высочества, — приказал он и покосился на надменный профиль. Кронпринц тут же задернул занавеску, но Барт успел увидеть презрительную усмешку, искривившую губы.
Через час взмыленные лошади въехали во двор замка. Несколько слуг жались на крыльце, освещая факелами небольшой вымощенный выщербленным камнем пятачок.
Барт оглядел жалкую кучку людей, вышедших их встречать, и не нашел никого, кто походил хотя бы на управляющего. Как в таких условиях устраивать принца на ночь, он не представлял, но деваться было некуда. Пару раз рявкнув на свой отряд, прикрикнув на слуг и потребовав немедленно проводить его высочество в удобную комнату, он первым вошел в тяжелую дверь вслед за беспрестанно кланяющимся слугой. Хотелось верить, что управляющий или кто-то другой, облеченный властью в этом доме, спешно приводит покои для высокого гостя в порядок.
Против ожидания, замок не выглядел запущенным. За ним явно следили, и только траурные ленты, щедро развешанные тут и там, говорили о том, что ожидаются большие перемены.
— Здесь, ваша милость, — слуга согнул спину в низком поклоне и указал на прикрытую дверь.
