Барт вошел первым. Комната оказалась большой, с несколькими окнами, с роскошной кроватью под балдахином. Он быстро проверил, что скрывается за плотными шторами, уверился, что этаж достаточно высок и балконов поблизости нет, заглянул под кровать, ощупал складки полога… И все это время ощущал спиной насмешливый взгляд принца.
— Все в порядке, ваше высочество, — не показывая раздражения, ровно доложил он.
— Разумеется, — лениво согласился принц, — до нас сюда заходили только прибраться утром.
— Но… — Барт прикусил язык — спорить себе дороже.
— У альф, дорогой капитан, обоняние на порядок выше. Запах уже успел подвыветриться, но он смешивается с лимоном и воском. Паркет натерт, позолота сияет — уборщик старался. Скорее всего, предполагали, что будут гости. Подготовились, — принц снизошел до пояснений очевидных вещей. Барт был вынужден благодарно поклониться. Он и сам пришел примерно к таким же выводам, пусть и не обладал столь замечательным чутьем, но обратить внимание на свеженатертый паркет или отсутствие пыли был в состоянии. Но во всей этой истории кое-что казалось странным. Доверяя внутреннему чутью, он усилил меры безопасности, сделав вид, что не заметил недовольства его высочества, и, пожелав тому спокойной ночи, ушел — ему лечь в кровать до утра вряд ли удастся.
Барт даже и не мечтал завтракать вместе с принцем, собираясь перекусить вместе со всеми на кухне, но запыхавшийся слуга передал, что его ждут в круглой столовой. Пришлось отложить кусок свежеиспеченного хлеба с холодным мясом и идти выяснять, чего желает его высочество. В том, что с охраняемой особой все в порядке, он не сомневался. Доложили уже.
— Господин капитан решил заставить нас ждать? — принц сидел за накрытым столом и был не в духе.
— Простите.
— Садитесь же!
Бартоломью удивился, но присел на краешек стула.
— Я рассчитываю на приятное общество и возможность обсудить наше пребывание здесь, — процедил почти сквозь зубы принц. — Не разочаровывайте меня, Бартоломью.
— Простите, ваше высочество, — Барт сел ровнее и взял салфетку, испытывая нечто большее, чем неловкость.
— Что вы думаете об этом месте? — принц немного взял себя в руки и приступил к завтраку.
— Здесь довольно мило, за замком следили. Покойный герцог был рачительным хозяином, — Барт, забавляясь, озвучил очевидные вещи.
— Кхм. Разумеется. Но почему его сын не спустился к завтраку?
«Можно подумать, ты не посылал узнать, почему», — подумал Барт, но вслух произнес:
— Молодой омега еще не оправился после смерти отца. Он очень болен. Я было распорядился послать за семейным доктором, но меня уверили, что он и так непременно явится не позже полудня.
— Ох уж эти нежные создания, — снисходительно проворчал принц. — Говорят, он был весьма болезненным ребенком. Герцогу хватало хлопот со здоровьем малыша.
— Я тоже слышал, что герцог постоянно возил сына на воды, — согласился Барт, глотая остывшую кашу.
— После завтрака обязательно нужно навестить юношу, — принц пригубил чашку с чаем.
— Час назад он еще спал, — сказал Барт. — Возможно, ему дают успокоительные.
Принц пожал плечами — если особа королевских кровей желает выразить соболезнования, то кто посмеет пройти против такового желания?
Барт давился невкусной кашей и пил отвратительный чай. Казалось, что тот, кто его заваривал, нарочно собрал все особенно гадкие травы. Наверное, если бы залить кипятком сено для лошадей, вышло бы не в пример вкуснее. Барт с тоской вспоминал недоеденные хлеб и мясо, которые вряд ли дождутся его возвращения.
— Ну что ж, — произнес принц и встал, — теперь можно навестить бедного сироту.
Барт порадовался окончанию пытки и с готовностью поднялся тоже, готовый следовать за его высочеством.
— Эй, любезный, — принц поманил лакея, прислуживавшего за столом, — проводи-ка нас к больному.
Слуга побледнел, попытался было спихнуть эту обязанность на кого-то другого, но под тяжелым взглядом кронпринца сник и поплелся куда-то вглубь замка. Барт немного позавидовал способности укрощать строптивцев всего лишь взглядом. Увы, он, бета, был лишен такой возможности. Правда, и альфам далеко не всем удавалось добиться подчинения таким образом, но в королевской семье этому, похоже, обучали с детства.
— Распустил герцог слуг, не правда ли, Бартоломью? — говорил тем временем принц, сверля глазами напряженную спину идущего впереди лакея.
— Возможно, они еще не привыкли к тому, что старого хозяина нет, — деликатно предположил Барт.
— Хм, может быть, — согласился принц. — Альфам, даже слугам, тяжело подчиняться омеге с непонятным статусом.
Лакей споткнулся.
— Осторожней, любезный, — принц заговорщицки подмигнул Барту, тот пожал плечами: интриги и подобные игрища были чужды его натуре. Какой смысл кидать палку в кусты в надежде, что разворошишь муравейник? Слуга есть слуга. Выстраивать крепость на песке бессмысленно. Пока нужно просто осмотреться и понаблюдать.
— Сюда, ваше высочество, — слуга остановился возле двери.
— Доложи о нас.
Слуга с неохотой поднял руку и два раза стукнул, а затем завопил в едва приоткрытую дверь:
— Его высочество к господину Сэсилу!
