– Наглая тварь, – хмыкнула я.
– Ладно, хочешь обзываться, имеешь право, но я в депрессии, так и знай, – Золотце тяжело вздохнул и безвольной тряпочкой повис на моём плече.
– Ужасно наглая тварь, – повторила я, после чего с усмешкой добавила: – но я тебя очень люблю и безмерно тебе благодарна.
Золотце тут же перестал изображать тряпочку, оживился и, ласкаясь, обвился вокруг моей шеи, шёпотом сообщив, что я конечно же тоже не самая лучшая хозяйка, но он меня и такую любит.
Пока я умывалась и переодевалась, Золотце развалился на моей кровати, а Кот уселся на тумбочке и с явным неодобрением смотрел на него.
Я вышла из ванны и, увидев эту картину, осведомилась у Кота, не хочет ли он намекнуть разлегшемуся на кровати товарищу, что он занял чужое место.
Кот в ответ с непередаваемо равнодушным выражением морды почесал себя лапой за ухом, намекая, что пытаться что-то доказывать нематериальным субъектам дело бессмысленное и неконструктивное по определению. И опускаться до подобных разборок он не намерен. Типа тебе надо, ты и намекай кому хочешь о чём хочешь.
– Вот так, хозяйка, у нас с ним пакт о ненападении, поэтому лишь ты гонять меня можешь, – хихикнул Золотце.
В это время в дверь постучали, и после разрешения войти, на пороге появился босс:
– Алинка, мы должны срочно отметить рождение моего внука, которому ты помогла появиться на свет. Вот кто бы мог подумать, что сегодня. Ничего не предвещало вроде. Я, кстати, и «скорую» обычную вызвал, поскольку тут недалеко подстанция и лишь довезти надо было. Мне в голову не пришло, что это столь быстро быть может. А Ольга раз и рожать надумала. Кстати, она Никитой сына назвать решила. Говорит тебе ангел это имя посоветовал. Что за ангел был, почему именно так назвать посоветовал, колись.
– Вон лежит, собственной персоной, – я кивком указала на кровать. – Можешь сам спросить у него, почему Никита. Мне не говорит.
– Да элементарно всё, – вновь хихикнул Золотце. – Никита с греческого победитель, как и Виктор на латыни. Ещё одного победителя я вам сулю.
– А что, красивое имя, – согласно проговорил босс. – Только вот с отчеством засада. Надо какое-то красивое и сочетающееся придумать.
– Зачем нам придумывать? Ольга пусть думает. Это её ребёнок, – возразила я.
– Да что она придумать может? Она вообще толком ничего не может. Ни партнёра нормального найти для зачатия, ни хоть что-то дельное предложить.
– Тогда пусть Алексеевичем запишет, в честь доктора, который помог ему здоровым родиться, – предложила я.
– Никита Алексеевич звучит красиво. Мне нравится. Надо будет Ольге сказать, пусть так записывает, и на ангела опять сослаться, чтобы не возражала. А то ведь мало ли что ей в голову взбредёт, ещё Генриховичем запишет с дури. Золотце, ты не возражаешь, если на тебя сошлёмся?
– Ни одной минуты. Я согласен. Никита Алексеевич хорошо мальчику подойдёт.
– Тогда пошли отмечать. В зале всё накрыли. Ольга спит под присмотром медсестры. Алексей уехал в клинику, у него там какая-то операция. Так что лишь мы вдвоём с тобой, моя хорошая, посидим и отметим это радостное событие.
– Меня не зовёте? – обиженно поинтересовался Золотце.
– Тебя тоже зовём, ты главное действующее лицо был. Приглашение тебе было по умолчанию, как верному спутнику Алины, – сразу нашёлся босс. – За тебя отдельный тост будет, Золотце. Я лично тебе очень благодарен.
– Хоть кто-то благодарен, – Золотце взлетел с кровати и уселся на плечо босса, весело помахивая хвостом. – Это радует. А то от хозяйки благодарности не допросишься. Каждую выклянчиваю как подачку. Никакого удовольствия.
– Вить, тебя не напрягает, что ты беседуешь с фантомом? – спросила я.
– А почему меня это напрягать должно, если по итогу общение с ним приводит к позитивному результату? Ты что-то против имеешь?
– Нет, я не против, общайся на здоровье. Я лишь для понимания ситуации поинтересовалась.
В тот вечер я напилась до жути. Тостов было много. Повод был, конечно, значительный. И не выпить за здоровье новорожденного или его благополучие, за Олю, за Лёшу, и за мир во всем мире, я конечно же не могла. Босс мне постоянно подливал, говорил, что мне надо сбросить стресс, расслабиться, что я героиня, герои не пьянеют, всё под контролем, и прочую чепуху нёс.
Золотце бродил по столу меж тарелок и разглагольствовал, что когда я пьяная, то гораздо добрее и поить меня полезно.
Потом он уговорил босса взять с меня клятву никогда больше не прогонять его от себя. Я поклялась, и за это мы тоже выпили. А что было потом я вообще не помню.
Глава 29
***
Пришла в себя утром. В какой-то спальне, но не в своей. Голова раскалывалась. Золотце сидел на подоконнике и смотрел в окно.
– Чёрт, где я? – поинтересовалась я хриплым голосом, предварительно сглотнув и помотав головой, чтобы хоть чуточку сфокусировать в голове картинку.
– Там, где уснула. Это ближайшая к залу спальня. Тебе хорошо вчера было. Так что не расстраивайся. Вон водичка минеральная стоит. Иди попей, – обернувшись ко мне, проговорил Золотце.
