– Мы можем её забрать?
– Всё полностью на ваше усмотрение, – проговорил врач. – Можете забрать, можете оставить здесь на полном пансионе, если, например, сомневаетесь, что сможете контролировать её тягу к спиртному. Здесь доступ к нему гарантированно исключён. Режим содержания может быть любым на ваше усмотрение.
– Алина Викторовна, Алина Викторовна, пожалуйста, я буду послушна, и не буду больше пить, никогда не буду. Мне нельзя тут оставаться, мне служить Вам надо. Возьмите меня на службу, пожалуйста, – нервно переступая с ноги на ногу, проговорила женщина, заискивающе пытаясь заглянуть мне в глаза.
По её взгляду было понятно, что она хочет получить от меня подтверждение, что я понимаю, о чём она говорит, и одновременно очень боится сказать об этом хоть что-то.
– Вить, – повернулась к боссу, – я ведь могу, если она нарушит правила поведения, вернуть её сюда?
– Да, без проблем, – кивнул он.
– Я не буду нарушать, ничего нарушать не посмею, мне нельзя тут, мне при вас надо, – тут же испуганно запричитала она.
– Рот закрыла! И чтобы я больше звука от тебя не слышала, пока тебе вопрос не задам! – рявкнула я, и она тут же закивала, показывая, что всё поняла.
В результате мы её забрали. Охрана отвезла её в мой центр, там я сдала её Диме, велев ей обращаться к нему тоже лишь на Вы и по имени отчеству. И ещё предупредила, что во-первых, разговаривает она лишь с ним или со мной, а во-вторых, каждое утро он её будет тестировать на употребление алкоголя, и если хоть какое-то превышение будет, тут же сообщит об этом мне. Потом показала комнату, где она будет жить, и выдала задание, что главная лестница, холл, стойка администратора и весь нижний этаж должны быть идеально чистыми.
После её заверений, что она всё поняла, я вернулась в машину босса, и мы поехали в наш офис.
Там нас ждал не особо приятный сюрприз. Борис доложил, что у наших поставщиков груз задержан на границе, и сейчас пойдут сдвиги по всем уже нашим договорам.
– Надо с таможенниками связываться, – поморщился босс.
– Борь, скажи мне, груз лишь наш или общая партия, и задержана по общим документам, – спросила я.
– Наша там, дай Бог, если четверть, Алина Викторовна. Я уже связывался с таможней. Вопросы не к нашему грузу, но вычленить невозможно, они грузили вперемешку.
– Вить, предлагаю плюнуть на эту поставку. Вот как пить дать, они это специально сделали в надежде, что ты свой ресурс задействуешь, и они под шумок своё что-то протащат. Давай быстренько аналог закупим и по изменённым нормативам проведём. Потери будут, но не глобальные. Выкрутимся. Готова убыток разделить или частично из своего фонда покрыть.
– Думаешь?
– Уверена, Вить. Уверена. Это идиотом надо быть, чтобы без причины смешать грузы разных получателей, они на сортировке ого-го сколько теряют. Если пошли на это, то причина была.
– Логично. Согласен. Борис, ищи аналог на этот же объём и утверждай изменение нормативов с нашими заказчиками.
– Понял. Сделаю, – кивнул он и вышел.
Босс подошёл к моему столу, сел на край, улыбаясь, спросил:
– Алинка, ты почему такая умная у меня?
– Я не умная, я практичная, Вить, и считаю, что лучше проиграть в малом, чем подставиться в большом. Как-то так.
– Согласен полностью. Кстати, я не понял, почему тебя так сестра Димки бояться стала? Ты же не общалась с ней, и в клинике про тебя с ней не говорили. А она прям каждое слово ловила и в глаза лишь тебе заглядывала.
– Обречённые порой чувствуют, что их спасти может. Она вот почувствовала. Только мне от этого вот никакого удовольствия. Смотрю на неё и Димку убить хочется, за то что заставил с ней возиться. Помойкой себя ощущаю.
– А меня не хочется убить? Это же я в основном заставил.
– Ты его пожалел. Я знаю, что он тебе в принципе нравится. При этом ты просчитал, что твоя жалость тебе на руку сыграет, поскольку лишний раз обозначил, что за достойного противника его не держишь.
– Если честно, не понимаю, почему его сестра тебя так раздражает, если в свой благотворительный центр ты собираешься принимать женщин, подобных ей.
– Ни за что! Ни одной такой паразитки! Лишь тех, кто сам на благо других работать готов, но не видит возможностей потенциал свой реализовать. Я не хочу никого заставлять. В рай насильно не ведут! Понимаешь?! Причём мне нравятся не те, кто ради самого рая для себя стараются. А кто хочет этот мир в рай вокруг себя превратить. Кто в душе изначально светел, кому лишь чуточку помочь надо. Я не знаю, как тебе чётче объяснить, но есть те, кто к благу для себя стремиться и ради этого старается, а есть те, кто живёт этим благом, распространяя его сам. По сути ты такой, Аркадий, Лёша, Димка. Только Димка последнее время ещё моими руками это благо делать пытается, а вот это меня злит. Каждый должен лишь на свои силы рассчитывать и собой руководить, а не теми, у кого ресурс больше. Руководить можно лишь теми, чей ресурс меньше, их самих подпитывая при этом. А он забывать об этом начал. Мол, раз ты моя жена, то давай я тебе расскажу что делать, и ты сделаешь. А у меня своя голова имеется.
