Читать стихи с подсказками было для меня неприемлемо по определению. Стихотворение это определенный настрой, который надо передать, тут подсказки ломают всю конструкцию, теряется дух. И тут я вспомнила то стихотворение Мусы Джалиля, которое когда-то так и не смогла прочесть на конкурсе. Оно потом всплыло, после конкурса, и практически намертво зафиксировалось в моей памяти. Поэтому я сказала:
– Я могу прочесть стихотворение, Оль, помню я одно, но оно тяжёлое. Вы все точно хотите испортить себе праздничное настроение? Я ведь вам всем его испорчу.
– Алинка, – меня тронул за плечо босс, – я никогда не слышал, как ты читаешь стихи. Особенно такие, чтобы настроение испортить могли. Прочти для меня пожалуйста. Кто не хочет портить себе настроение, может пойти погулять.
– Не вопрос, Вить. Слушай, но сначала давай дадим возможность пойти погулять тем, кто испортить настроение не хочет, – кивнула я, и после минутной паузы, во время которой никто не ушёл, начала читать «Варварство».
Последние абзацы, призывающие к борьбе, я читать не стала, закончила словами: «Две жизни наземь падают, сливаясь. Две жизни и одна любовь!»
Когда я замолчала, на веранде стояла звенящая тишина, а у всех присутствующих в глазах блестели слёзы. Первым не выдержал Игорёк, подбежав ко мне обнял и взахлёб расплакался, повторяя:
– Мамочка, мамочка, они их всех убили? Да? Зачем они их всех убили? Это неправильно, мамочка. Так нельзя! Зачем?
– Это жизнь, мой мальчик, – я, обнимая его, ласково поцеловала в макушку. – К тому же погибла только оболочка. У нас всех вечная душа и, умирая телом, мы не умираем душой. Мы лишь завершаем круг испытаний с определённым результатом.
– Как в игре, мам?
– Типа того, мой хороший.
– А они с хорошим результатом его завершили?
– С очень хорошим, дорогой. Результат, это не накопленное тут богатство, а богатство души, любовь. Они любили, никого не проклинали, их души ушли с очень большим потенциалом. Жаль, что их жизнь была столь коротка, но они успели намного больше, чем другие за очень-очень долгую жизнь, и в следующей у них всё будет хорошо.
– То есть я, когда умру, потом ещё раз рожусь?
– Если захочешь.
– И у меня будет другая мама?
– Конечно другая.
– Тогда не хочу! Я хочу здесь, с тобой.
– А ты и есть здесь и со мной. Так что не волнуйся. Всё хорошо.
– Я хочу долго-долго жить здесь и с тобой.
– Вот это гарантировать не могу, это лишь Вселенная решает, кому сколько на этом этапе отпущено. Но надеюсь, тебе отпущено немало, как и всем остальным присутствующим. Поэтому, – я обвела взглядом всех гостей, – предлагаю пойти и выпить за здоровье. Чтобы все жили долго, счастливо и были полностью здоровы.
Мою инициативу тут же подхватили, и все наполнили бокалы спиртным, за исключением беременной Ольги, Аслана и парней, которые пили минеральную воду. После чего зазвучали здравицы в честь всех присутствующих, и атмосфера вновь стала радостной и благостной.
Потом босс сообщил, что будет перемена блюд и предложил всем пойти погулять. Я воспользовалась этой паузой и предложила Аркадию и Даше показать дом и комнаты, где они будут обитать.
Меня вызвался проводить Аслан, поскольку все там сам готовил, и за ним следом, конечно же, Ольга. Воспользовавшись их любезным предложением, я вообще переложила на них сопровождение моих гостей и осталась за столом.
Парни вместе с Димой, Вадиком и Оксаной пошли запускать вертолёт на радиоуправлении, который привёз Вадик, и на веранде остались лишь мы с боссом.
– Пошли в беседку посидим, пока тут убираться и всё менять будут, – предложил он.
Мы прошли в беседку. Сначала босс рассыпался в похвалах тому, как я оказывается проникновенно стихи читать умею, он впечатлён, а потом достал из кармана коробочку и вручил мне, сказав что это подарок.
Я открыла коробочку и ахнула. Там было кольцо на порядок лучшее чем предыдущее, которое он пытался мне подарить и так и не смог.
– Вот это да, Вить. Красота неземная. Можно померить?
– Нужно. И носить, не снимая. Хочу видеть тебя в нём.
– Бриллианты не носят постоянно.
– Мало ли кто что не носит. А ты носи, если мне приятное сделать хочешь. Кольцо на заказ делали, крепления надежные, бриллиант не потеряешь. Поэтому надень и не снимай. Вернее разреши мне его надеть на твой пальчик. Так будет правильнее. Кстати, если хочешь, могу и на колено встать.
– Нет, на колено точно вставать не надо, и аккуратненько, пожалуйста. Оно, может, и не наденется, рука-то травмирована была.
– Ручку свою мне дай, и сейчас увидим, надевается или нет. Не наденется, переделают именно под тебя. Но должно подойти. У тебя явно рука к прежним размерам вернулась.
Босс, взяв мою руку осторожным движением, надел кольцо на безымянный палец, и оно село как влитое.
– Вот видишь, – резюмировал он, – идеально. Носи на здоровье и не снимай.
– Спасибо, Вить. Мне нравится. Очень красиво. Кстати, то кольцо в храм пожертвовал?
