– Я ограничу себя, любимая, вот клянусь тебе. Больше никаких отношений себе я не позволю. Это был способ стресс сбросить. Приезжал, часто вёл себя очень грубо, никаких нежностей с моей стороны не было. Я жёстко требовал отрабатывать будущий гонорар. Если честно, то в какой-то степени экспериментировал, насколько хватит терпения и сможет ли очередная любительница легких денег сама от него отказаться. Предыдущая отказалась через полгода. Причём без истерик и упреков, максимально вежливо: я переоценила свои силы, не справляюсь, извините, отпустите, пожалуйста, ещё полгода не выдержу, мне ничего не надо. Я был приятно удивлён и выплатил ей всё на условии, что будет молчать о наших отношения и моих пристрастиях, правда вместо однушки совсем маленькую студию купил, но она и ей радовалась, чуть ли не руки мне целовала, поскольку готова была остаться без всего, да ещё имея претензии от организаторов. Надеюсь, больше этим ремеслом заниматься не станет, по крайней мере обещала мне это.
– Зачем тебе себя ограничивать? Ты нашёл способ разрядки с теми, кто на это добровольно за деньги согласен. Пользуйся. Я на такое точно не способна. Тот же минет вряд ли хоть когда-нибудь сделать смогу. Поэтому не вижу смысла в таких ограничениях, мне с тобой и так очень хорошо, и я от тебя ничего не требую. Не обещай мне ничего, не надо.
– О, небо! Что же ты за девочка такая, которой ничего не надо, а сама готова даже жизнь отдать?!
– Вить, ты отдаёшь мне не меньше, и я с удовольствием беру. Вот сейчас ты же доставил мне удовольствие и весь процесс под меня подстроил, я кайфовала. Но я не требую ничего. Мне нравится, когда для меня что-то делают по собственной инициативе, по велению сердца, а не ума, когда это самому тебе в радость. Понимаешь? Перестанешь получать радость от нашего общения, и я надеюсь, мне хватит сил сразу исчезнуть с твоего пути.
– Нет, нет, ни за что! Не смей меня так пугать! Получается, я не обрадуюсь один раз, потому что, например, устал, и ты посчитаешь себя вправе исчезнуть? Ну уж нет! Я хочу гарантий, договоров и обязательств. Со своей стороны готов на любые, лишь бы ты была довольна.
– Вить, мне ничего от тебя не надо, кроме твоей любви, а её никакие договора обеспечить не в состоянии. Она либо есть, либо её нет.
– Тебе не нужны гарантии, а мне нужны! Хочу быть уверен, что не сбежишь, что будешь рядом.
– Вить, я замужняя женщина, при этом мой муж смотрит тебе в рот и выполняет всё, что ты говоришь. Какие ещё гарантии ты хочешь? Ты ведь наверняка чувствуешь, если не осознанно, то подсознательно точно, что можешь намного лучше манипулировать мной с помощью обязательств перед ним, чем если бы у меня были прямые обязательства перед тобой. Если вдруг когда-нибудь и эти обязательства меня не удержат, то значит не удержало бы ничего.
– Если честно, Алинка, у меня паранойя прям. Я дико боюсь тебя потерять. Когда застукал эту тварь с документами, то испугался больше не того, что сорвётся проводка, а того, что сейчас всплывёт, что продолжаю иметь любовниц. На секундочку представил, что ты снова со мной сквозь зубы и лишь по делу или того хуже опять сбежать попробуешь и чуть собственноручно не придушил стерву.
– Можешь мне её показать? Внутри устойчивое ощущение, что мне увидеть её надо.
– Легко. Хоть сейчас. Хочешь?
Я села на кровати, задумчиво потёрла висок и решительно выдохнула:
– Да, хочу. Только нам надо одеться по нормальному. И будь добр в начале при ней обращайся ко мне официально. А вот потом, можешь к месту с официоза сбиться, и не пугайся, чего бы я не говорила и как бы не обращалась к тебе.
– Понял, – проговорил он и, встав с кровати, направился в сторону разбросанной нами одежды. – Тебе что-то подать или помочь?
– Сама, – помотала головой я, вставая следом и собирая с пола разбросанные детали своего туалета.
Минут через двадцать и он, и я выглядели, будто только что вернулись с банкета.
Босс провёл меня сначала в свои комнаты, потом открыл гардеробную, отодвинул один стеллаж, и я увидела дверь с кодовым замком.
– Нина знает шифр? – поинтересовалась я.
– Нет, лишь я, – качнул он головой.
– Ты лично приезжаешь её кормить?
– Видишь внизу, сбоку ящик? – босс ногой подцепил выступающую рейку и вытащил ящик с двумя глубокими мисками. В одной на дне плескалась вода, вторая была девственно чиста.
– Ну вот, даже сухой собачий корм есть начала, голод не тётка, – с усмешкой прокомментировал босс чистоту второй миски.
– Что за корм давал?
– Неплохой, премиум-класса. Отравиться не должна была. Первый день, конечно, не ела. Сейчас, видимо, поняла, что ничем другим кормить не будут.
– Кормит Нина?
– Да, два раза в день, по часам. Наливает воду, насыпает новую порцию корма, если старого нет. Старый не доеден, не насыпает. Насколько вижу, правила были поняты.
– В чём проблема, вытащить из миски и сложить сухой корм рядом горкой?
– Проблема в том, что руки ей я связал. Поэтому, если хочется кушать, надо лечь или низко наклониться и съесть всё из миски. Пол бетонный, не особо чистый, с него есть, думаю, ещё неприятнее.
