Я посмотрела на него повнимательнее и вдруг поняла весь расклад. Вселенная благоволила ему несказанно, но при этом он чрезвычайно жаждал одобрения и признания заслуг. Всё начало своей жизни очень хотел быть хорошим сыном, сначала для обоих родителей, потом лишь для отца, когда его не стало, пропала цель, понять, что он хочет сам и жить без одобрения значимой фигуры не смог и сломался. Почувствовав в будущей жене безоговорочное принятие и получив наконец поддержку и одобрение матери начал копировать стиль жизни отца, чтобы соответствовать их ожиданиям. Но сейчас ему стало мало принятия жены и матери, он поднялся намного выше их уровня и подсознательно ищет новую цель, одобрения более значимой для себя фигуры. Я показалась ему именно такой и сейчас он всеми силами будет добиваться моего расположения и одобрения. Он будет мне доказывать какой он хороший, и если я ему откажу, вновь может сломаться. При этом ему не нужен адюльтер со мной, лишь одобрение и признание, что он хороший и всё делает правильно. В душе Иварс остался тем ребёнком, который нуждается в оценке авторитетного взрослого. До этого он изображал взрослого, а потом, попав в ситуацию, где почувствовал себя виноватым, встал на ступень заслуживающего прощение ребёнка, и ему понравилось это привычное состояние. Оно даровало новые силы и давало возможность начать дальше развиваться, чтобы выйти на другой уровень. На своём уровне ему уже стало неинтересно, не было новых горизонтов, он обрёл стабильность и впал в стагнацию. Поэтому радостно начал пытаться освоить новую, но по сути своей привычную роль «заслуживающего одобрения хорошего мальчика». В принципе не столь плохо, и вполне возможно именно мне тоже на пользу, поскольку общение с Иварсом меня нисколько не напрягало. Он умело подстраивался к моему настроению и состоянию, так почему бы и не пообщаться к обоюдному удовольствию? У него иллюзия, что он делает полезное дело, спасает необычную женщину, доказывая ей какой молодец, я развлекаюсь и отвлекаюсь от собственных проблем, которые сводят меня с ума.
Все эти мысли одномоментно сложились в осознание и принятие ситуации, и, улыбнувшись самыми краешками губ, я проговорила:
– Если пообещаете информацию обо мне никуда не сливать, скажу.
– Я и так не сливаю. Мне очень доходчиво Виктор Владимирович объяснил ещё в первый раз, что ни с ним, ни с Вами в такие игры не играют. Я понял.
– У меня большая семья. Муж, дети, в том числе маленькие, но я плохая мать, поэтому их воспитанием в основном занимаются муж и наёмный персонал. Удовлетворила Ваше любопытство?
– Вы вся в бизнесе?
– Сейчас нет, не в моём состоянии им заниматься, а раньше, конечно. Сейчас же Виктору Владимировичу приходится одному все вопросы решать.
– Я могу задать очень некорректный вопрос?
– Зачем?
– Я озвучу то что удивляет, Вы меня пошлёте, конечно, но сами попробуете для себя на него ответить, и возможно это натолкнёт Вас на определённые выводы и понимание существующих у Вас сложностей.
– Я и так знаю, что Вас удивляет. Вы удивлены, что ни разу не видели моего мужа. Так?
– Да.
– Отвечу. Он намного моложе, и я его слишком люблю, чтобы грузить своими проблемами. Я не хочу, чтобы он видел меня слабой и не в форме. Это моё решение, обсуждать и оценивать его не надо. Я имею на него право, – быстро придумала я как красиво обыграть существующие реалии нашей семьи.
– Согласен, имеете, но, – начал он.
– Не надо никаких «но»! Вопрос закрыт, обсуждению не подлежит, – достаточно жёстко оборвала его я.
В это время у меня зазвонил телефон в кармане. Я удивленно хмыкнула, достала и увидела высветившийся номер Димки. Нажала ответить и поднесла к уху:
– Да, Дим, слушаю.
– Алинушка, я знаю, что не время сложностями тебя нагружать, но Виктору Владимировичу дозвониться не могу. А вопрос срочный. В «Терновник» налоговая полиция пришла. Предъявили постановление о приостановлении деятельности. А как её остановишь? Куда всех девать? Все счета заблокировали. Всё опечатали, компьютеры увезли, беспредел какой-то творится. Поставки с комбината питания аннулировали, еду не привезли, сейчас со своей карточки заказал продукты, чтобы хоть как-то всех накормить. Если честно, ничего в происходящем не понимаю. У клиенток тоже паника.
– Для начала успокойся. И клиенток всех успокой. Коммуникации не перекрыли, электроэнергию тоже? Вот и радуйтесь пока этому. Еду с нашего счёта заказывай. А мне сбрось фотографии постановления и кто подписал. Попробую выяснить.
Я нажала отбой, набрала Вите.
Он ответил сразу:
– Что-то срочное? У меня совещание.
– Да. Короткий вопрос. Через «Терновник» сделки проводил непрозрачные?
– Нет. Вообще ничего. Последняя месяц назад была, и всё было прозрачно до жути. Там проблемы?
– Да. Сейчас через Андрея выясню тогда. Ты не озадачивайся. Освободишься, тогда мне позвони.
– Понял. До связи, – проговорил он и отключился.
Я поискала в адресной книге телефон генерала, и позвонила ему.
– Приветствую. Рад слышать. Что-то срочное или могу перезвонить позже? – услышала в ответ.
