– Приветствую, Андрей. Достаточно срочно, но не настолько, чтобы не подождать ответного звонка некоторое время. Поэтому подожду.
– Буквально пять минут и перезвоню. Разговор закончить надо.
– Поняла. До связи.
Я повертела телефон в руках, размышляя позвонить деду или не надо, решила, что сначала с генералом переговорю, и убрала телефон в карман.
– Какие-то сложности? – осторожно поинтересовался Иварс.
– Да. Похоже Вселенная решила лишить меня всего, что хоть немного значимо для меня. Хотя, возможно, это способ заставить меня начать что-то делать… – задумчиво проговорила я, и в это время телефон в кармане ожил.
Я достала его и увидела, что звонит генерал, нажала ответить и проговорила:
– Ещё раз приветствую! Быстро Вы разговор завершили.
– Привет, Алина. Я впал в немилость? Отчего обращение на Вы? У меня в кабинете люди были, не люблю разговаривать при свидетелях. Сейчас всех выгнал, могу поговорить.
– Какая немилость, если мне помощь нужна? Никакой немилости. Наоборот в качестве просительницы выступаю с протянутой рукой: «поможииите, чем можете, Христа ради, господин хороооший».
– Приколистка, – усмехнулся он. – Ладно, в чём проблема?
– Ты знаешь, что у меня есть благотворительный центр?
– Да, конечно. У меня полное досье на тебя.
– Я клянусь тебе, что это не способ отмыва или прокатки схем. Это именно то, что позиционирую. Пунктик у меня такой: помогать женщинам в сложной ситуации. Веришь?
– Тебе безусловно верю.
– И Кузьмич там за моей спиной не играет тоже. Всё идеально и прозрачно. Но сегодня моему мужу, который является директором центра, налоговая вручила постановление о приостановке деятельности и заморозила все счета. А там около двух сотен женщин и полно детей. Им не привезли еду. Контракт с комбинатом питания аннулирован. Временно я через другие счета могу их профинансировать, но это не выход. Постановление могу скинуть, мне его прислали. Смысла не понимаю. Если только здание кому-то приглянулось, хотя оно в моей собственности как объект определённой профильности. Я могу упереться и не продавать. Так что даже эта причина не особо катит. Взятки тоже вымогают не так. Проще было пожарную охрану какую-нибудь натравить. Короче, не знаю, и пока на ум ничего не приходит, кому выгодно столько женщин с детьми на улицу выставить. Очень боюсь, что перекроют коммуникации и электричество отключат. Тогда совсем сложно будет.
– Сбрось постановление. Сейчас смежников подключу, пробьём кто, зачем и почему. Как только что-то выясню, позвоню. Договорились?
– Спасибо тебе.
– Пока не за что. Да и не за себя ты просишь, так что благодарность вообще не в тему. Ладно. Время дорого. Скидывай постановление, и до связи.
– До связи, – ответила я, после чего быстро переслала генералу всё то, что прислал к этому времени Димка.
После чего убрала телефон.
– У Вас есть благотворительный центр? – поинтересовался Иварс по обрывкам фраз что-то понявший.
– Похоже, что был, – хмуро проронила я.
– Почему такие неутешительные прогнозы? Есть основания?
– Я подозреваю, что Вселенной не нравится, чем я занимаюсь. Последнее время у меня рушится всё, во что вкладываю душу. При этом вроде подстраховалась по полной, своё детище мужу отдала, лишь финансирование за собой оставила, но нет, не прокатило.
– Что значит финансирование? Вы сами содержите центр?
– Конечно, это же не прибыльное вложение, а так, для души. Виктор Владимирович, правда, иногда тоже от щедрот душевных помогает, ещё сделки пару раз с заниженным налогообложением проводил, оставляя центру всю прибыль. Но в основном я средства вкладываю. При этом куча проверок всеми надзорами, которые только возможны и никакой помощи. Так что для меня это очень дорогостоящее хобби и не более того. А сейчас меня решили его полностью лишить, – раздражённо фыркнула я, пользуясь моментом, что могу высказать переполняющее меня недовольство.
– А вдруг не лишить, а заставить выйти из депрессии и бороться? Вы сейчас на глазах поменялись. У Вас во взгляде решимость появилась и готовность к борьбе. Готов спорить, что никого выставить на улицу Вы не дадите. Кстати, а хотите, съезжу, фотографии сделаю и в интернете по соцсетям статью раскидаю, под броским заголовком о том, что беззащитных женщин хотят лишить безопасного пристанища?
– А Вы знаете, хочу. Даже то, что Вы приедете и будете брать интервью у клиенток поможет им морально, покажет что они не одни в трудной ситуации, их проблемой занимаются, общественность и блогеров привлекли. Да, очень хочу, и буду благодарна, Иварс Джошкунэрович. Только одна просьба: моё имя не светите, пожалуйста. Этот центр я создавала не для саморекламы.
– Понял. Хорошо. В ответ попросить могу?
– Попробуйте.
– Зовите меня по имени. Пожалуйста.
– Хорошо, Иварс, договорились.
– Тогда пойдёмте, я провожу Вас, потом Вы скажите мне адрес, и я поеду, и ещё, документы мне тоже пришлите, если не сложно.
Он проводил меня, я скинула ему всю информацию по «Терновнику» и предупредила Димку о его визите.
