– Правда это немного напоминает кулинарию? Щепотка тут, шепоток и заговор там…
Мэйлинь настороженно показала на пентакль:
– Я теперь к нему и притрагиваться боюсь!
– Ой, ну что вы, он не обжигает. Нам нужно сейчас тут еще побыть минут двадцать, дать пространству успокоиться. Можем о чем-то поговорить. Как вам Москва?..
Вернувшись вечером на корабль, Фёдор обратился к Мэйлинь:
– Слушай, у нас до полуночи еще много времени. Хочешь, сходим в твой астральный предел? Покажу, как с ним управляться, как красоту там навести.
– Я с радостью, только давай где-то через час.
– Где?
– В правом салоне. Пассажиров сейчас нет, нам там никто не помешает.
– Годится. А я пока попробую капитана найти, у меня тут список волонтеров, которые завтра утром приедут, нужно организовать им пропуск на корабль.
– Это просто. Увидишь любого матроса, попроси проводить тебя к капитану.
– Как?
– Надо сказать: «Цин дай во цюй цзянь Шитайиньбогэ чуаньчжан».
Фёдор, запинаясь, попытался повторить, и Мэйлинь заливисто расхохоталась:
– Ты только что попросил его подождать и посмотреть тонкую кровать Ши Тай Инь! Это девушка? Ты ее знаешь?
Фёдор шумно выдохнул, надув щеки:
– Рано или поздно у меня получится.
– Давай от простого. Капитан – это чуаньчжан.
– Стоп. Дальше я знаками.
– Хорошо. Тебе также может помочь то, что многие на борту знают немецкий, а если войдешь в эту дверь, то поднимешься к нему в рубку.
– Спасибо, фройляйн, с этого надо было начинать! – Фёдор радостно отсалютовал и отправился искать капитана.
В салоне, который находился в носу правого корпуса дирижабля, было темно, Фёдор на ощупь включил свет. В полете отсюда открывался великолепный вид, а сейчас за панорамными окнами было темно, свет из окон освещал, да и то только на несколько метров, травяное поле Ходынского аэродрома.
Мэйлинь села в легкое плетеное кресло и обратилась к Фёдору, который устроился в соседнем:
– Как в прошлый раз? Я выхожу с помощью ключа, а ты ко мне приходишь?
– Нет, так же просто уже не получится, – Фёдор покачал головой, – ты под оберегом. Он думать не умеет и не пустит никого, кто попытается выйти на тебя в астрале. Можно сказать, что ты стала там невидимкой.
– Тогда как?
– Два варианта. Или ты обращаешься к оберегу и открываешь мне доступ, и тогда как по-старому; или выходишь в астрал, создаешь там мой облик и приходишь ко мне в общий астрал.
– Давай по второму пути пойдем, он интереснее звучит. Готов?
– Да.
Сперва она почувствовала небольшой жар на щеках. Покрутив головой, определилась с направлением, откуда исходит тепло, и открыла глаза. Яркое солнце висело в синей глубине неба, по которому плыли редкие облака. Опустив взгляд, она огляделась. Широкая река, плавно изгибаясь, протекала в небольшом отдалении от нее. На противоположном, высоком берегу темнел лес, а ближайший берег, насколько хватало глаз, был покрыт изумрудной травой. Рядом с ней возвышалось огромное дерево с резными листьями, около которого она увидела сидевшего на камне Фёдора.
– Где это мы?
– Общий астрал. Просто река, просто дуб. Правда, как и всегда в астрале, все ощущения сильнее, чем в физическом мире. Цвета ярче, эмоции острее.
– Общий? А где тогда все? Мы когда с Натальей к социальному эгрегору ходили, там и другие люди были. Тут очень красиво, но никого кроме нас.
– Да, мне тут тоже очень нравится. Что же про общий, это не значит общественный, с толпами гуляющих. Тут по-другому определяется. Есть твой астральный предел. Это выделенная, локальная зона, ну как бы твой дом в городе. Туда сложно попасть без приглашения, его границы формируются нашим Духом-Наставником, и внутри предела мы практически недоступны для нежелательных контактов.
– Как же тогда ко мне вошла эта ведьма?
– Она сперва тебе лярв подсадила, помнишь? С их помощью и вломилась. А это, – Фёдор обвел рукой, уходя от неприятной темы разговора, – это общее место. Ну как городская площадь или парк, если продолжать мою аналогию. Если совпадешь с человеком и настроишься на него, то встретишься. Есть области с закрытым доступом, и нужно знать определенный символ, чтобы войти, как, к примеру, мы во Врата ходили. Есть и где много людей, например, обители крупных эгрегоров. Кстати, ты же ходила к социальному эгрегору, как там было?
– Впечатляюще. Там были люди, они шли по ступенькам небольшого холма, на котором стояло белое здание с колоннами классической архитектуры. Правда, когда внутрь вошли, мы там одни оказались, и люди куда-то пропали.
– Это нормально, персональное присутствие.
– Поясни.
– Высшие могут быть одновременно во многих местах. Нет же такого, что обращаешься ты, к примеру, к Будде, а в ответ слышишь, что, мол, сейчас крестьянин Лю молится, и вот когда он закончит, Будда сможет и тебя выслушать. Для каждого Будда или любой другой Высший эгрегор может быть одновременно и в полном внимании. Так что дальше было?
