Сейчас она не чувствовала присутствия монстров, но те могли прятаться в глубине чащи.
– Порождения тьмы, – пробормотала Мина, обдумывая услышанное. – Внезапно ее глаза просияли. – Стражи дают клятву бороться с порождениями тьмы. Значит, вы придете в Айхвайль. – Если бы не тревога в голосе, ее слова звучали бы как приказ.
– Эта твоя деревня… – заговорила Эвка.
– Айхвайль.
– Найдется там место, чтобы укрыться от дождя?
– Да.
– Значит, стоит заглянуть, – сказала гномка.
Она ждала, что Антуан вмешается в разговор, но тот застыл, тревожно вглядываясь в темную чащу.
– Антуан?
Он тряхнул головой и вновь улыбнулся:
– Так, показалось. Ну что, еще один крюк?
Эвка кивнула и повернулась к Мине:
– Веди.
Близилась полночь, когда тропа наконец расширилась, открыв вид на Айхвайль. Дождь закончился; в слабом лунном сиянии деревня казалась маленькой и блеклой. То, что служило главной дорогой, больше походило на длинную полосу грязи между домами из серого камня.
На околице их встретила деревянная статуя – то ли человек, то ли медведь, то ли сама святая Андрасте; время стерло очертания. Было заметно, что захудалое поселение пытаются содержать в порядке. Деревня застыла на грани разрухи, но не собиралась эту грань перешагивать.
И для того, чтобы эту деревню спасти, прибыли Стражи.
По крайней мере, двое из них.
Слева, у самой дороги, ютилось приземистое двухэтажное здание: мутный желтый свет едва сочится из окошек, на вывеске видна лишь сердитая толстая жаба – название заведения давно выцвело.
Мина постучала в тяжелую деревянную дверь. Та приоткрылась – достаточно, чтобы белесый глаз, выглянувший в щель, сумел оценить стоявших на пороге, – и распахнулась. Они увидели тощего, сутулого мужчину со свисающими седыми прядями. Позади него горстка изнуренных людей: жители деревни смотрят на Стражей настороженно и недоверчиво.
– Вернулась? Мы уж думали, тебе конец, – сказал мужчина, и, не дав Мине ответить, продолжил: – А это еще кто?
– Серые Стражи, – ответила Мина. – Они здесь, чтобы помочь.
Мужчина почесал затылок.
– Стражи дали клятву… – голос Мины прозвучал неуверенно.
Кто-то из посетителей фыркнул. Антуан чуть выпрямил спину, озадаченный столь холодным приемом.
– Так вы трактирщик? – спросил он, взяв вежливый тон.
– Когда в том есть нужда. Вообще-то, я портной. Вершель. – Мужчина протянул скрюченную кисть, и Антуан ответил на рукопожатие.
Трактирщик кивнул, затем взял фонарь и вышел на улицу. Эвка лишь озадаченно пожала плечами. Стражи двинулись следом.
– Если вы здесь, может, дело и правда в порождениях, – сказал Вершель. – В отцовские времена эти твари водились в наших краях.
Стражи и Мина шагали за ним по топкой дороге, минуя жилые дома, лавку и обгорелый остов какого-то строения. Из трактира выходили люди; несмотря на поздний час, к процессии присоединилось еще несколько деревенских.
– Нападения начались этим летом, – заговорил Вершель таким тоном, будто рассказывал о видах на урожай. – И случались каждую неделю, иногда по два-три раза. Бьюсь об заклад, скоро станет еще хуже.
Улица резко свернула. Они пересекли маленькую рыночную площадь, посреди которой стоял колодец, и, не дойдя до большого дома с заколоченными окнами и дверью, вышли на темную, узкую тропу. Та вывела к зданию – такому же серому, как и все остальные. Вершель обогнул его и махнул рукой в сторону покосившегося сарая.
– Здесь случилось сегодняшнее, – сказал он.
Дверь была выбита ударом снаружи. Всюду валялись щепки и плотницкие инструменты. На пыльном полу подсыхала лужа крови, от которой змеился бурый след: он обрывался у порога, смытый недавним дождем.
Мина дрожала. Обхватив себя руками, она наблюдала за Стражами. Остальные селяне держались позади.
Эвка не стала медлить и, опустившись на колени, вгляделась в кровавый след.
– Кто? – коротко спросила она.
– Мой брат, – ответила Мина, не сумев скрыть надлом в голосе. – Виллем.
– Mes condoléances[2], - пробормотал Антуан.
– Ступай, – сказал Вершель. – Ты уже привела помощь. Этого достаточно.
Мина не сдвинулась с места, в уголках ее глаз заблестели слезы. Толпа молча ждала.
– Возвращаясь к нападениям… – громко заговорил Антуан, привлекая внимание. – Что могло стать причиной?
– Это место проклято, – ответил плечистый мужчина со спутанными волосами. – Не везет, и все тут.
Пожилая женщина, одетая в ночную рубашку и башмаки не по размеру, добавила:
– Мальчик не последний, кого…
– Мы не знаем, мертв ли он! – прервала ее Мина.
– Ты бежала не за ними. – Женщина небрежно махнула рукой в сторону Эвки. – Просто удирала. Все ты знаешь.
Сжав кулаки, Мина отошла от толпы и повернулась к Антуану. Ее дыхание участилось.
– Тело ведь не всегда находят? Говорят, иногда порождения берут пленников.
Антуан не слышал о подобном. В свое время эльфу повезло – порождения его не убили, однако и в плен брать не собирались.
– С чего бы порождениям тьмы похищать людей? – спросил Вершель. – Бессмыслица.
– Может быть, он все еще… – заговорила Мина, но ее прервал Вершель:
– Пустые надежды тебе не помогут.
