Собрав всю силу, она остановилась и сосредоточилась на удаляющейся фигуре. В тот момент, когда Киррос появился у другого конца проулка, она выбросила перед собой чары ужаса.
Слуга взвыл и замахал руками, отгоняя воображаемых монстров.
Киррос подхватил и утащил кричащего юношу назад, в глубину проулка. Сидони бросилась к ним. На лице слуги стыло выражение ужаса, совсем как у мертвого Хенрика.
– Заставь его замолчать, – приказал Киррос, пытаясь удержать слугу.
Сидони потянулась к заклинанию, чтобы стереть его из разума юноши. Она пыталась вновь и вновь, сжимая зубы, чувствуя, как энергия уходит из ее тела. Но чем больше старалась, тем громче он кричал – и тем сильнее напоминал Хенрика.
– Заткни его, маг!
– Не могу! – прорычала Сидони. – Не получается!
Слуга вырвался из рук Кирроса и бросился на нее. Лицо, искаженное ужасом, оказалось в нескольких дюймах от ее собственного – оскаленные зубы, безумные глаза. А затем юношу схватили сзади за волосы, и его крик сменился судорожными всхлипами. Из бока, куда Киррос воткнул кинжал, лилась кровь.
Киррос отпустил слугу, и тот рухнул на землю. Рассмотрев юношу, Сидони поняла, что ему было не больше двадцати. Еще одна смерть, которую она не предотвратила.
– Зачем ты это сделал? – с трудом выдавила Сидони.
– Я же просил заткнуть его, – сказал Киррос, вынимая из кармана носовой платок и вытирая руки. – Не прекрати он, нас бы могли заметить… особенно после того, как ты швырялась магией среди бела дня.
– Я почти… – пробормотала Сидони и указала на мертвеца, лежащего в луже крови. – Это не входило в наш уговор, – произнесла она с нажимом. – Зачем ты это сделал?
Киррос не ответил. Сидони молча смотрела, как он, обтерев и убрав кинжал, обшаривает карманы слуги – и находит дневник.
Гробовая тишина, воцарившаяся в переулке, осталась с ними, когда они вернулись на залитую солнцем улицу.
– Жди здесь, – велел Киррос, подойдя к парадной двери красивого здания.
– Нет. – Сидони вырвала дневник из руки эльфа и прижала к груди. – Я должна услышать, что знает эта женщина. Услышать от нее, не от тебя.
Киррос покачал головой:
– Так нельзя. Вы не знакомы, она тебя не ждет…
Эльф потянулся за дневником.
Сидони отступила, не давая прикоснуться к себе. Сжимая дневник одной рукой, другую выставила вперед, раскрыв ладонь.
– Хочешь узнать, что видел тот мальчик, прежде чем ты его прирезал?
Киррос опустил руки и вздохнул.
– Прошу, – сказал он, открывая дверь.
– После вас, – ответила Сидони.
Несмотря на полдень, в доме было темно и тихо. Ни разговоров слуг, ни шума гостей, – необычное для дома знатных господ безмолвие. Никто не встретил посетителей, пока они шли по коридору.
– Уверен, что именно сюда мы должны были принести дневник? – спросила Сидони.
– Да, – ответил Киррос. – Моя покровительница велела доставить его, как только найду. Она могла выйти на прогулку, но чтобы с ней ушли все домашние?.. Здесь что-то неладно.
Сидони ощутила, как по руке пробежал магический импульс.
Они вошли в комнату, и разряд магии полыхнул в тот самый момент, когда Сидони заметила иссушенный труп с бесцветной кожей.
Киррос нахмурился.
– Что ж… скверно, – сказал он, проводя ладонью по волосам.
– Что значит «скверно»? – Сидони не сдержала отчаяния в голосе.
Киррос ухмыльнулся:
– Ты в порядке, маг? Учитывая твои навыки, я не ожидал, что такое зрелище тебя напугает.
– Только не говори, что это и есть твоя покровительница.
– А если и так? – спросил эльф, отступая в прихожую.
Сидони посмотрела на труп – очередное доказательство ее провала.
«Еще один свидетель устранен. Я вновь опоздала».
– Я устала от того, что убийца постоянно меня опережает, – процедила она сквозь зубы, когда Киррос вновь вошел в кабинет.
– Нас пока не опередили, – сказал он. – Это твой шанс, маг.
– О чем ты? – поморщилась Сидони.
– Дом пуст! Никто не прогонит нас, не позовет морталитаси, чтобы забрали тело… Нужно применить магию смерти.
Сидони нахмурилась, разглядывая покойницу.
– Если я сделаю то, о чем ты просишь… зрелище будет не из приятных.
– Это магия смерти. Я не ждал иного.
Она метнула в эльфа злой взгляд.
– Ты ведь можешь просто… пробудить ее на время? Пусть расскажет, что видела, – предложил Киррос.
– Все намного сложнее. Заставить мертвеца говорить – редкое умение, немногие морталитаси способны на это.
– Но ты можешь попробовать?
Сидони задумалась. Морталитаси ревностно оберегают свои секреты, не посвящая в них никого за пределами ордена. Одному Создателю известно, получится ли у нее. Но это единственная возможность беспрепятственно изучить тело.
– Я могу призвать духа из-за Завесы, чтобы тот вселился в труп. Мне доводилось слышать о духах, которые считывали последние секунды жизни человека. – Она помолчала, вспоминая древние ритуалы, которые изучила по настоянию Хенрика, а затем продолжила: – Для приманки духов морталитаси используют особые инструменты, а у меня их нет. Если пригласить сущность, применив негодный способ, результат будет… непредсказуем. Остается надеяться, что дух окажется сговорчивым, но с равной вероятностью он не станет отвечать на вопросы, а набросится на нас.
