Я закончила с мышами, взяла привидений, сделанных из белой тюли, и начала крепить к небольшим светильникам возле столов, расположенных по периметру помещения. Изначально кипельно-белый декор немного поблек от времени. В следующем году ему явно потребуется замена, если Джек, конечно, согласится раскошелиться на такие мелочи.
— Как и я тебя в церкви, — подколол Джино, с хитрым прищуром глядя на меня.
— Не вижу для себя необходимости в вере.
Гордо выпрямив спину, с самым сосредоточенным видом расправила полупрозрачную ткань, удовлетворившись результатом, слезла со стула и пошла к следующим столам, прижимая к себе редеющий ворох бутафорских привидений.
— Вера должна идти от сердца, — Джино мастерски расправился уже с двумя тыквами, вырезав на них рожицы.
«Сегодня из моего сердца может идти только обида и злость».
Я настолько крепко призадумалась, застыв на стуле и рассматривая тюль, что не сразу поняла: парень позвал меня два раза, но я молчала, перетирая пальцами ткань.
— Кейт, у тебя все в порядке? — Джино замер с ножом в руке, напоминая дровосека-маньяка.
— Да-да, — я активно закивала. — Может у меня сердца нет? Я же ведьма, — притопнув ногой, чуть не свалилась со стула, начиная наигранно коварно улыбаться.
— У всех есть сердце, — он снова принялся ковырять овощи.
— О, да! Скажи это тому, кто убивает девушек в этом городе, — не могла не подколоть собеседника.
Парень помрачнел, начиная более рьяно орудовать ножом на месте предполагаемых тыквенных глаз.
— Иногда человек сбивается с верного пути, — он приступил к вырезанию рта. — Ему можно помочь найти свет в себе и в мире.
«Ага, и в теле жертвы, которое он в решето превращает».
— Угу, — отозвалась вслух без энтузиазма. Продолжать дурацкую беседу не хотелось.
Минут десять царила тишина, нарушаемая только звуками гремящей посуды, доносящимися с кухни. Я закончила развешивать привидений, подготовила две черные скатерти с нарисованной на них паутиной, которыми будут застелены столы с едой, и разложила на подоконниках пластиковый черный плющ, вблизи выдающий свою дешевизну, но, если не присматриваться, вполне сносно выглядящий. Джино помыл руки и вернулся, чтобы поместить внутрь каждой тыквы по свече. Мы расставили светильники на подоконниках, завершая этим наши приготовления.
Пасмурная погода с хмурым небом, украшением которого сегодня служили сизые облака, как нельзя кстати подчеркивала зловеще мерцающие оскалы на светильниках. Воздух начал наполняться сладким ароматом тыквы, а из кухни потянулся запах печеных острых крылышек. Настроение потихоньку приходило в норму. Дух праздника навевал на меня особое состояние, которое вместе с нарядом вызвало желание превратить кого-нибудь в жабу (даже знаю кандидата) или хотя бы сварганить убийственное зелье. Но эта обязанность плотно закрепилась за Питером, готовящим обалденный пунш по случаю Хэллоуина.
— А вот и Джонни7, — я извлекла из коробки скелет на веревке, увенчанной крючком. — Надо его повесить над баром.
— Мне тоже нравится «Сияние», — известил Джино, обрадованный схожестью интересов.
Он забрал из моих рук скелет, трещащий костями при каждом движении, и, осторожно поднявшись на стул, начал вешать его над барной стойкой.
«Странно, я думала ты псалмы читаешь и тусуешься в церковной качалке, судя по твоим габаритам».
— Кинематограф моя слабость. Люблю завалиться на диван с чем-нибудь вкусным, например, с очередным приготовленным десертом и смотреть, пока глаза на лоб не полезут, — оповестила о своих интересах, поправляя болтающегося под держателем для бокалов Джонни.
— Моя мама, — Джино спрыгнул на пол, — каждую осень пекла яблочный пирог. Только начинался сезон яблок, как дом сразу наполнялся ароматом корицы и выпечки, — мечтательно продолжил он, облокачиваясь на стойку спиной. — Я приходил из школы, кидал на пол в коридоре портфель и со всех ног мчался на кухню в нетерпении.
— Мне тоже нравится шарлотка, — оживилась я, зацепившись за интересную для меня тему. — Проще для приготовления ничего не придумать.
— Кейт! Джино! — позвал нас Джек, показавшийся в дверях кухни. — Готовьте стол.
— Сейчас, — крикнула в ответ, возвращая внимание к Джино. — Возьми два самых последних стола у стены и составь их вместе сбоку от стойки, — я тыкала пальцами, указывая, что и где должно находиться. — И застели вон теми скатертями. А я пойду проверю алкоголь.
На полчаса мы разошлись по своим делам, никак не контактируя, оставаясь каждый со своими мыслями и задачами. Я принесла дополнительные бутылки из подсобки, составив их под барной стойкой для удобства. Джино выполнил мою просьбу, закончив как раз к моменту, когда повара начали выносить блюда. Пока они уставляли столы многочисленными закусками, мы с новеньким прятали под прозрачные колпаки на подносах выпечку. Акцентом на каждом столе выступала огромная чаша с пуншем красного цвета, дополняющая ароматы вокруг легкой ноткой кислинки. Я шумно сглотнула слюну, вспомнив только сейчас, что не завтракала из-за отсутствия аппетита.
