Брюнет, опустив голову, поднял ногу, чтобы выйти из Зала, но Минхо внезапно рявкнул на Строителя:
— Он останется!
Это было настолько дерзко для Галли, что он даже потерял дар речи на какое-то время, что позволило Бегуну поинтересовался у друга:
— Ньют, че за хрень тут творится? Что произошло?
— До заката осталось пару часов, — произнес тот, не желая поднимать тему с нарушением правил и надеясь, что Галли не затронет ее, забыв. — Нужно понять, что нам делать с Алби.
— Ты хочешь изгнать его? — спросил Уинстон, и казалось, что он сам не особо верит в то, что говорит.
— Нет, — снова подал голос Галли. — Никто никого не изгоняет, ясно? Но его ужалили, у нас нет выбора.
— Наихудшая попытка смягчить гребанный приговор, — буркнул Минхо. — Но даже если у нас не выбора…
— Есть, — перебил Томас.
Галли удивленно уставился на брюнета, дерзнувшего что-то вякнуть на Совете, где являлся лишь гостем, да и то не очень-то желанным по мнению Строителя:
— Ты что-то сказал, чайник?
— Да, — с вызовом ответил тот. — Выбор есть. Нам не обязательно выгонять Алби.
— Да что ты! — наигранно изумился Строитель. — И почему же?
— Галли, — Эвита встала на ноги, — хватит паясничать. Такое ощущение, что ты жаждешь его выгнать, — она строго посмотрела на Строителя, но тот выдержал ее взгляд. — Том, — девушка повернула голову к брюнету, — о каком выборе ты говоришь?
Томас отобрал у Минхо какую-то вещь, сверкнувшую металлическим отблеском в закатном луче солнца, и отдал Ньюту:
— Мы нашли это, на «вылазке», — передразнил брюнет Строителя.
— Эта неведомая хренатня была внутри гребанного гривера, которого ночью убил этот глупый шанк, — добавил азиат.
Ньют взял в руки тяжелую металлическую капсулу, из которой торчали какие-то провода разных цветов. «Неведомая хренатня» была покрыта той же липкой слизью, которую выделяли гриверы. Ньют провел большим пальцем по выступающим буквам с краю цилиндра: ПОРОК.
— Те же буквы, что и на наших припасах, — прошептала Эвита, незаметно подойдя к блондину со спины.
— Да, — тут же отозвался Томас, нервно теребя штанину. — Тот, кто отправил нас сюда, создал и гриверов.
Эвита вскинула голову и посмотрела на Тома. Он говорил так, будто был абсолютно уверен в своих словах.
— То есть, ты хочешь сказать, что гриверы выходят только по ночам, не потому что их ведет инстинкт? — уточнила Эви. — Они не… звери? Пусть и частично…
— В их мозгу мы нашли вот эту стебанутую хренатню, — Минхо кивнул на железный цилиндр в руках Ньюта. — Значит, они управляются. Как стукачи. Сама прикинь, — Минхо шагнул на ступеньку вниз, — помнишь нашу общую вылазку в Лабиринт?
— Что? Вы уже выбегали в Лабиринт все вместе? — удивленно воскликнул Томас.
— Помолчи, чайник, — не преминул вставить Галли, и никто не сказал ему слова в разрез — всем хотелось дослушать мысль старшего Бегуна.
— Конечно, помню, — кивнула Эвита, уперев руки в бока.
— Мы тогда остались отвлечь гребанного гривера, — продолжил Минхо, — когда Макс и Леон… — азиат вздохнул, вспоминая потерю сразу двоих шанков.
— Гривер, когда рубанул Макса, не стал нападать, — тихо продолжил Ньют, не поднимая головы и все еще изучая странную штуку. — Мы были похожи на кучку неандертальцев, первый раз пытавшихся загнать мамонта в угол. Леон попал под напильник на одной из механических лап… И тогда мы дали деру.
— И гривер не побежал за нами, — закончил Минхо. — Черт знает, какого хрена наши идиотские бошки не догадались покумекать на этот счет. Гриверами управляли. Всегда.
Эвита вдруг почувствовала какое-то странное чувство в груди, схожее с резкой тошнотой. Только наружу рвалось не содержание желудка, а легкие. Она вспомнила Слопера Джо.
— Значит, Джо… — выдавила из себя девушка.
— Они могли не выпускать гривера, — кивнул Минхо, который разделял мысли Эвиты. — Он был их человеком. И они не просто не стали его спасать, как мы раньше думали. Они намеренно убили его.
В Зале повисла звенящая тишина. Все, кроме Томаса, помнили тот черный день, когда изгнали предателя за стены. Где-то в глубине души Алби, вынесший приговор, был преисполнен надежды, что Создатели своих не бросят. А выходило, что эти люди, если они вообще люди, были самыми жестокими существами на планете.
— Вонючие бессердечные ублюдки, — подытожил Минхо, выразив общую мысль. — Но час назад мы приблизились к разгадке их стебанутых игр.
— И это первая реальная зацепка, — снова подал голос Томас. — Хоть что-то, что вы нашли за три года. Да, Минхо?
— В точку, — кивнул азиат.
— Ньют, мы должны вернутся туда — кто знает, что мы еще найдем, — взгляд Томаса замер на заместителе.
Ньют, облизав губы, задумчиво скосил глаза на Эвиту, все еще стоявшую за его плечом, а затем его взгляд скользнул по Галли, хмурившемуся рядом.
— Видишь, чего он добивается, да? — тут же поинтересовался Строитель, заметив, что блондин посмотрел на него. — Он нарушает правила, затем призывает нас полностью от них отказаться! Но правила — единственное, что сплачивало нас все это время, так что изменилось то? Ты знаешь, что Алби согласился бы со мной. Чайника нужно наказать.
