А через несколько секунд мне прилетают фотки. Много. С просто свадьбы еще, хоть мы почти весь банкет и прогуляли.
Смотрю их, и жаром обдаёт как навязчивыми приливными волнами. Они по всему телу гуляют. Это даже не возбуждение, нет, это что-то глубокое такое, отчего каждую клеточку томно скручивает, и она начинает глухо и горячо пульсировать. Коньяк будто заново по мозгам бьет.
Зависаю на фото, где мы танцуем. Очень тесно я ее прижимаю, а Эндж пьяно смотрит мне в глаза, и губы ее приоткрыты. Мой взгляд прилип на фото к ее этим губам. Смотрю и пульс частит в ушах.
Яр: Спасибо
Эндж: Не за что
Вот и все. Дальше молчит.
Трындец, что еще писать? Я хочу… Хочу… Блин, не знаю я, просто пусть еще хоть что-то мне отправит! Нет, не это. Не только это. Увидеть уже ее хочу. Не могу.
Яр: Ты на днюху Эмиля поедешь?
Спрашиваю про воскресенье. На экране бегут точки, что-то печатает. Потом перестает. Замирает. Печатает снова.
Эндж: Лида сказала, что тебя не будет
Эм, что? Хмурюсь, пытаясь сообразить. У меня так мозг от нашего внезапного общения плывет, что понять смысл сообщения Кудряхи удается не сразу. Но когда понимаю… Бля, она что не поедет, если будет знать, что я там?! Вот же… Во рту разливается противный кислый вкус, а слева в грудине тянет. Коза…
Яр: Да, не поеду. Просто не хочу, чтобы Душка там одна была
Нагло вру! Чтобы ты, козочка кудрявая, не сбежала от меня…
Эндж: А, ок
Прилетает лаконичное от Анжелики. И больше не пишет. Жду с минуту и, нервно покусывая нижнюю губу, пишу сам.
Яр: Спокойной ночи, Кудряш)))
Прочитано. Не печатает. Жду. Молчит.
Ожидаемо. Ладно.
Прикрыв глаза, откладываю телефон в сторону. Внутри опустошение, будто только что сильнейший стресс пережил.
Как теперь дожить до воскресенья?
– А-а-а! – в очередной раз не удержав равновесие, валюсь в воду.
Фал вырывает из рук. Волна накрывает с головой. Делаю рывок и выныриваю, отплевываясь и убирая налипшие пряди с лица. Доска неуклюже тянет ноги наверх. Смеюсь, черт!
Это не развлечение, а какое-то издевательство, но адреналина в крови столько, что в венах буквально бурлит.
– Эндж, жива? – орет Эмиль, заглушая катер.
Макс прыгает в воду с бортика моторки, чтобы помочь мне. Лидка хохочет. Никакого сочувствия к моим жалким попыткам освоить вейкборд. Тоже мне, подруга!
– Еще раз давай, – Колобов подплывает и вручает фал, помогает принять в воде нужное положение.
– Кажется, это не мое! – смеюсь.
– Давай- давай, уже почти получилось, – подмигивает.
Ладно. Действительно, уже почти. На несколько мгновений я поймала это удивительное ощущение, будто по воде лечу. И теперь я хочу еще.
Пробуем. Руки нервно дрожат, все тело звенит напряжением. Макс отплывает, Эмиль заводит катер, тросс потихоньку натягивается, фал дергает вперед. Группируюсь, вода выталкивает доску, меня поднимает вверх и…
Да! Я улыбаюсь так, что щеки сводит. Эмиль показывает большой палец вверх, оборачиваясь. Прибавляет скорости. Лида рядом с ним радостно хлопает в ладоши. А я стремительно скольжу по воде. И это нереальное что-то, не передать! Чистый эндорфин.
Встречаюсь взглядом с Лидкой. Визжим беззаботно и счастливо. Но тут она вдруг фокусируется на ком-то за моей спиной на берегу и, расплываясь в улыбке, начинает активно махать.
–Привет! Мы тут!
Эмиль тоже оборачивается. Ухмыляется, машет.
– Наконец, бл… Явился! – орет на все озеро.
И я поворачиваю голову вслед за ними, и…
О, черт!
Электрическим разрядом прошивает так, что я мигом теряю равновесие и вновь неуклюже ухожу под воду. И в этот раз мне даже не хочется сразу всплывать, хоть и жилет настойчиво тянет. Я думала, у меня до этого момента адреналин шумел в ушах? Да он тогда даже не начинал…
Яр же обещал, что не приедет?!
Не хочу его видеть… Вернее, я не готова пока. Не смогу быть спокойной. Уверена в этом.
Вот и сейчас, стоило мельком мазнуть взглядом по его высокой худощавой фигуре, а внутри уже все лихорадочно трепещет, будто по мне пустили переменный ток. И вопреки всему я чувствую радость. Мы не виделись две недели… Я тосковала.
Так тосковала, что периодически мне казалось, что я полная дура и надо было соглашаться на его предложение видеться хотя бы иногда.
Гордость? Да какая уже гордость, когда плохо так. Когда жгутом вяжут все внутри. Плевать на гордость эту, на все…
Останавливало лишь осознание, что я не из-за гордости против, а потому что сожру сама себя так. Я знаю.
Буду настойчиво искать причины в себе, почему Яр так со мной. Значит это я недостаточно хороша, значит не заслуживаю большего. Значит не достойна.
И эти мысли не вытравишь логикой, они просто поселятся в тебе и все. Я знаю, что это такое. Как это мучительно больно. Как это разъедает саму основу тебя. Меняет личность, делает слабой.
Нет, надо перетерпеть. Но для этого не встречаться. Не видеть. Будто вообще не было ничего.
А он взял и сам пришел.
Может уехать на такси чуть попозже? Не оставаться ночевать? Хотя я планировала, мы с Лидой уже заняли спальню в гостевом доме.
