Адриан тоже кажется раздраженным, когда, сунув руки в карманы брюк, направляется к дому. Я жду, что брат зайдет ко мне в комнату поговорить, но вместо этого он исчезает в кабинете отца, где проводит несколько часов с ним и Родионом. Должно быть, они обсуждают, как теперь вести дела в свете нового контракта.
Я беру телефон, чтобы позвонить Себастиану, и вижу, что получила от него сообщение.
«Сработало, – пишет он. – Давай увидимся вечером».
Дрожа от возбуждения, я тыкаю в экран с такой силой, что могу его разбить.
«Я хочу… – отвечаю я. – Но отец, возможно, не в лучшем настроении сейчас…»
«Это больше не имеет значения, – пишет Себастиан. – Он пообещал мне тебя. Теперь ты в безопасности».
Облегчение, которое я испытываю от этих слов, невозможно описать. Себастиан прав – я больше не принадлежу своему отцу. Теперь, если что-то со мной случится, это нарушит его договор с Галло.
Невероятно взволнованная, я начинаю переодеваться. Я надеваю летний короткий комбинезон, пару золотых браслетов и сандалии. Сверху я накидываю халатик-кимоно на случай, если отец заметит меня по пути к выходу.
Разумеется, мы сталкиваемся с ним в прихожей. У отца кошачий слух – если он дома, выбраться незамеченной практически невозможно. Адриан стоит за папиной спиной, бледный и мрачный.
– Полагаю, Себастиан сообщил тебе, что мы достигли соглашения, – говорит папа.
– Да, – отвечаю я, стараясь не выдать свои эмоции. Я хочу быть благодарной, но не хочу раздражать отца чем-то столь неприятным, как мое полное и безграничное счастье.
– Я надеюсь, что ты не забудешь, кому верна, Елена. Даже после того, как ты произнесешь у алтаря свои клятвы… ты останешься Ениной. И всегда ею будешь.
– Да, отец, – отвечаю я.
Интересно, может ли он прочесть ложь на моем лице. Я ничуть не верна «Братве». Я буду всегда любить своего брата, но, выйдя замуж, я намереваюсь оборвать связи с отцом, насколько это возможно.
Адриан всегда знает, когда я лгу. Я смотрю на брата, чтобы понять выражение его лица, но как только я пытаюсь посмотреть ему в глаза, Адриан отводит взгляд в пол.
– Ничего… если я схожу на встречу с Себастианом? – нерешительно спрашиваю я отца.
– Почему нет? – неожиданно покладисто соглашается тот. – Наслаждайтесь совместным временем.
Я не слишком доверяю его хорошему расположению духа. Но в любом случае я могу воспользоваться теми преимуществами, что оно дает.
– Благодарю, отец, – говорю я.
Я иду пешком, спеша миновать открытые ворота, а затем устремляюсь по улице. Я прохожу несколько кварталов до кафе, где мы с Себастианом договорились встретиться.
Парень уже ждет меня снаружи. Когда я подхожу, он подхватывает меня на руки и крепко целует.
– Как все прошло? – спрашиваю я, когда вновь оказываюсь на земле.
– Жаль, что тебя не было с нами, – говорит Себастиан. – Я чувствовал себя полным ублюдком, подписывая контракт, словно речь шла о покупке машины.
– Это не важно, – говорю я, качая головой. – Это то, чего я хочу.
– Ты уверена? – спрашивает Себастиан.
Я вижу беспокойство в его глазах. Парень боится, что я делаю это, только чтобы вырваться из-под опеки отца.
– Абсолютно уверена, – говорю я.
– Хорошо, – кивает Себастиан. – Тогда пойдем.
– Разве мы не зайдем в кафе?
– Нет, – отвечает он.
Я иду следом за парнем к его пикапу.
Обычно я ненавижу неопределенность. Мой отец любит удивлять меня самыми худшими способами из возможных. Но я уже знаю, что могу доверять Себастиану – если он что-то и задумал, это всегда что-то хорошее.
Парень отвозит нас к побережью, к зданию, которое выглядит как смесь флорентийского собора Санта-Мария-дель-Фьоре и космического корабля. Только когда мы оказываемся внутри, я понимаю, что это планетарий.
Я ощущаю такой прилив тепла, что это пугает. Поверить не могу, что Себастиан запомнил все эти мелочи, о которых я ему рассказывала. Я никогда не думала, что кто-то узнает меня настолько хорошо и будет учитывать мои интересы и предпочтения. Единственным человеком, который обращался со мной подобным образом, был мой брат, но и он бывает со своими тараканами.
Я чувствую себя маленьким ребенком, бегая вокруг и разглядывая все стенды, прикасаясь к настоящему куску метеорита, которому, по всей видимости, четыре миллиарда лет. Я кладу руку на гладкий, плотный металл, пытаясь представить себе, сколько времени этот предмет летал в открытом космосе, прежде чем упал именно в этой точке галактики.
Для Себастиана я, похоже, интереснее всех стендов. Парень с улыбкой наблюдает за моим воодушевлением, но не смеется надо мной, а наслаждается моей радостью от выставки, посвященной современным космическим путешествиям, и от масштабной модели кабины пилота ракеты «Аполлон-13».
Я испытываю разочарование, когда ассистенты начинают выводить всех из зала, сообщая, что планетарий вот-вот закроется.
– Мы должны вернуться сюда! – говорю я Себастиану.
– Обязательно, – обещает он. – Но прежде, чем уйти, давай заглянем еще кое-куда.
Парень хватает меня за руку и тянет к ряду дверей, похожих на театральные.
– Разве мы не должны уходить? – спрашиваю я.
– Все в порядке, – уверяет меня он. – Доверься мне.
