Мой брат сменил номер, и я знаю, что он меня и на порог не пустит. Но, возможно, он прочтет открытку.
Я сажусь и пишу:
«Дорогой Адриан,
Я слышала, что ты уже дома. Надеюсь, у тебя все хорошо. Гриша рассказал мне, что о тебе заботится девушка, и я надеюсь, что это правда.
Ты всегда хорошо заботился обо мне, когда я болела. А после я должна была делать то же для тебя – вряд ли была такая болезнь, которой мы не болели вместе.
Я скучаю по тебе и сожалею о случившемся. Я хочу, чтобы ты знал, что я не держу на тебя зла, и Себастиан тоже. Все закончилось.
Я надеюсь, ты позвонишь мне однажды.
Ты знаешь, что я всегда буду тебя любить.
Люблю, целую,Фасолька»Я закрываю открытку и кладу ее в цветной конверт. Затем я заклеиваю ее и пишу адрес.
Я не особо жду, что Адриан мне ответит.
Иногда достаточно просто протянуть руку. Даже если знаешь, что протягиваешь ее в пустоту.
<p>Эпилог. Елена</p>18 лет спустяКогда я прихожу домой из продуктового, на столе в коридоре лежит письмо.
Именно туда мы с Себом складываем корреспонденцию – во всяком случае, те письма, которые хотел бы увидеть другой человек. Флайеры и реклама отправляются в мусор, а настоящие письма кладутся туда.
Конечно, теперь мы не часто их получаем. Почти всегда это поздравления с днем рождения или благодарности. Иногда приглашение на вечеринку или благотворительное мероприятие.
Чего-то подобного я и ожидаю, беря в руки увесистый конверт с дорогим грифельно-серым покрытием. Только перевернув его, я замечаю печать.
Это старомодная корона, обрамленная двумя оливковыми ветвями. Изображение вдавлено в расплавленный воск темно-красного цвета – цвета запекшейся крови.
Оно пугает меня так сильно, что я чуть не роняю конверт обратно на стол. Но я заставляю себя сломать печать, и, подсунув ноготь большого пальца под уголок, приподнимаю его, чтобы вытащить два листа бумаги, лежащие внутри.
Письмо написано от руки аккуратным почерком.
«Лео Галло,
Я пишу вам, чтобы сообщить, что вы приняты в Академию „Кингмейкерс“. Кроме того, вы автоматически приняты на отделение наследников, что является вашим правом как бесспорного наследника империи Галло.
Занятия начнутся первого сентября. Ожидается, что вы явитесь на Гранд-виллу в Дубровнике не позднее тридцатого августа. Оттуда вас доставят в наш охраняемый кампус.
Как вы, вероятно, знаете, вход в кампус осуществляется только один раз. Если вы решите уехать по какой-либо причине, у вас не будет возможности вернуться.
В связи с этим, пожалуйста, не забудьте взять с собой все, что вам потребуется на время прохождения вашей программы.
Прилагаем список наших правил и предписаний. Подпишите и отправьте нам свое подтверждение для заключения договора, включая ваше согласие соблюдать нашу систему разрешения споров и наказаний. Также требуются подписи и печати ваших родителей.
Мы с нетерпением ждем встречи с вами. Вы станете частью элитного учебного заведения с многолетней и легендарной историей. Возможно, когда-нибудь ваше имя будет насечено на стене Dominus Scelestos.
Передавайте мое почтение вашим родителям.
Искренне ваш,
Лютер Хьюго.
Necessitas Non Habet Legem – Необходимость не знает закона».
К письму приложен упомянутый список правил и предписаний. Они также написаны от руки витиеватым, но довольно разборчивым почерком:
