Я сотню раз пыталась навестить брата или позвонить ему, но он не давал. Я думаю о той боли, которую он, должно быть, испытывает, и злости на то, что с ним случилось, и мне хочется плакать. Адриан не был особенно тщеславным, но он гордился своей внешностью и своим успехом у женщин. Обезображивание для него участь хуже, чем смерть.
Я не знаю, что с этим делать. И, честно говоря, я была не так погружена в это, как могла бы.
Сначала я чувствовала безумную усталость, потом меня тошнило. А затем мысль, которая посетила меня во время нашего визита к Миколаю и Нессе, подтвердилась.
Когда Несса объявила о своей беременности, я кое-что осознала, к своему удивлению. Я вспомнила, что у меня уже с месяц не приходили месячные.
Мы с Себастианом не особо заботились о предохранении. В большинстве случаев мы занимались сексом спонтанно и в общественных местах, тайком, еще до того, как поженились. Не самые подходящие обстоятельства для использования презерватива. Потом была наша встреча в подвальной камере, когда мы меньше всего думали об осторожности…
Так что, полагаю, удивляться тут нечему. Мне просто казалось, что нужно чуть больше «попыток», чтобы это действительно случилось.
Я делаю тест, не особо веря, что он окажется положительным.
Вторая розовая полоска появляется незамедлительно, яркая и четкая.
Я роняю тест в раковину, не в силах совладать с собой от изумления.
Понятия не имею, как отреагирует Себастиан. Часть меня боится, что он разозлится – мы и так влюбились и поженились слишком быстро. Казалось, что следующий и самый ответственный шаг должен быть более взвешенным.
Что я знаю наверняка, так это то, что я ни на день не буду скрывать от него беременность. Я обещала – больше никаких тайн.
Так что я жду в пустой гостиной, сидя на банкетке для пианино, потому что дивана у нас нет. Я пыталась немного поиграть, чтобы отвлечься, но мои руки слишком напряженные и дрожащие.
Я выпрямляюсь, услышав, как в замке поворачивается его ключ. Кажется, все, что я собиралась сказать, вылетело у меня из головы в одно мгновение.
Себастиан открывает дверь. Поначалу на его лице появляется радость оттого, что я жду его там, а затем она сменяется беспокойством, когда парень замечает нервозность на моем лице.
– Что не так? – спрашивает он.
– Ничего, – отвечаю я. – Вернее, я не знаю, «так» это или «не так»… это может быть хорошо…
– Что? – спрашивает он, с обеспокоенной полуулыбкой. – Ты в порядке?
– Я… вообще-то беременна, – признаюсь я.
Уставившись на меня, Себ замирает от шока.
Затем он подхватывает меня и кружит – что-то, на что способен только мужчина его роста.
– Ты серьезно? – повторяет он снова и снова. – Ты уверена?
– Да, – смеюсь я. – Абсолютно уверена.
– Это лучшая новость, которую ты только могла сообщить, – вскрикивает он, и его лицо озаряется таким светом, какого я еще не видела. – Это лучшее, что только могло случиться.
– Правда?
– ДА! Боже, поверить не могу. Я в восторге!
Он прямо на месте, посреди гостиной, становится на колени и прижимает ухо к моему животу.
Я смеюсь.
– Ты не услышишь ничего, кроме урчания моего желудка. Кроха пока размером с горошинку.
– Когда мы идем к доктору? Я хочу увидеть его!
– Ты не можешь знать, что это «он»!
– Мне плевать, кто там. Я хочу обоих. Там могут быть двое – разве близнецы не передаются по наследству?
– Боже, надеюсь, что нет, – говорю я. – С одним проблем не оберешься.
На меня накатывает волна грусти, когда я представляю, что у меня будут близнецы, которых Адриан не увидит. Он бы решил, что это лучшая шутка – еще одна парочка маленьких блондинов, бегающих вокруг, борющихся и дразнящих друг друга…
Я мотаю головой, чтобы избавиться от этой мысли. Вряд ли у меня близнецы. Я бы это почувствовала. Когда я подношу руку к животу, я представляю там только одного ребенка.
Кроме того, мои дети все равно не будут блондинами. Галло темные даже по меркам итальянцев, а Себастиан самый смуглый из всех. Стоило мне увидеть Майлза Галло, как я поняла, что все мои дети будут похожи на Себа. И именно этого я и хочу.
Счастье Себастиана рассеивает мое беспокойство. Я хочу этого ребенка так же отчаянно, как и он. Семь месяцев кажутся слишком долгим сроком до рождения нашего ребенка – разница всего в месяц с ребенком Нессы и Мико. Наши дети не будут родственниками по крови, но они будут друзьями или дальней родней – называйте как хотите. Я рада, что мы с Нессой быстро становимся подругами, и мне будет с кем разделить этот опыт.
Аида вне себя от счастья, когда я рассказываю ей.
– Потрясающе! – восклицает она. – Вот уж не думала, что Майлза будут окружать двоюродные братья или сестры с моей стороны – я была так зла на Данте, что он увез Серену прочь раньше, чем мы успели с ней познакомиться. Наши дети пойдут в школу всего с разницей в год или два – это же почти ничего!
Она оценивающе оглядывает меня с головы до ног.
– По тебе пока вообще не скажешь, – замечает девушка. – Повезло тебе быть такой высокой. Я к концу срока была просто гигантской. И не ведись на естественные роды – это ужасно! Соглашайся на любую анестезию!
