Руководство Ангелы подверглось проверке на прочность в худшие годы мирового финансового кризиса. Европа сильно пострадала, испытывая существенные трудности из-за проблем с евро, единой валютой для многих стран. Наиболее экономически слабые страны — Греция, Испания, Португалия, Италия и Ирландия — столкнулись с громадным государственным долгом, слабым экономическим развитием и очень высоким уровнем безработицы, и все это — при отсутствии инструментов денежно-кредитной политики, необходимых для контроля за собственной валютой. В обмен на экстренную помощь Германия (как наиболее сильная экономика в Еврозоне) настояла на том, чтобы эти страны приняли решительные меры по сокращению расходов и реформированию собственного бюджета.
Кризис создал серьезную политическую дилемму. Если бы слабым экономикам не удалось урегулировать свои задолженности, они могли бы увлечь за собой всю Еврозону, что повергло бы в хаос нашу и мировую экономику. С другой стороны, меня также беспокоило то, что режим чрезмерно жесткой экономии в Европе мог способствовать еще большему замедлению роста, затрудняя выход из сложившейся ситуации как для этих стран, так и для остального мира. В Соединенных Штатах президент Обама ответил на рецессию одобренной конгрессом программой агрессивных инвестиций, чтобы придать экономическому росту новый импульс, в то время как сокращение национального долга становилось основной задачей в долгосрочной перспективе. Казалось разумным предложить Европе предпринять аналогичные меры вместо того, чтобы заниматься исключительно урезанием расходов, приводящим к дальнейшему торможению экономического роста.
Я провела много времени, беседуя с европейскими лидерами по поводу этих проблем, включая и Меркель. Можно было соглашаться или не соглашаться с предлагаемой ею налоговой и монетарной политикой, но было невозможно не восхищаться ее стальной решимостью. Как я уже отмечала в 2012 году, она «взвалила себе на плечи всю Европу».
Самым сильным звеном в трансатлантической цепи было НАТО, военный альянс, который включал в себя не только наших европейских партнеров, но и Канаду. (Многие американцы могут принимать наши взаимоотношения с Канадой как должное, но наш северный сосед является незаменимым партнером практически во всем, что мы делаем по всему миру.) С самого начала холодной войны НАТО в течение четырех десятилетий успешно сдерживало Советский Союз и страны Варшавского договора. После окончания холодной войны альянс приготовился к новым угрозам безопасности трансатлантического сообщества. Практически все бывшие советские республики, кроме самой России, чувствовали себя уязвимыми без определенных гарантий безопасности со стороны Запада. Учитывая их боязнь того, что Россия может снова когда-нибудь вернуться к агрессивному, экспансионистскому поведению, их можно было понять. Под руководством США НАТО решило проводить политику «открытых дверей» относительно всех стран на Востоке. Альянс создал сеть партнерских отношений со многими бывшими советскими республиками, а также консультативный совет с Россией[52]. При этом администрация президента Клинтона ясно дала понять, что НАТО, несмотря на решение новых задач, по-прежнему будет придерживаться «политики сдерживания» относительно России во избежание возникновения очередной угрозы ее соседям в будущем.
В то время как силы НАТО боролись за мир в Косово, мы с Биллом в апреле 1999 года праздновали пятидесятилетие альянса вместе с его лидерами, организуя у себя самую крупную встречу глав государств, которая когда-либо происходила в Вашингтоне. В ходе этой встречи мы с большим оптимизмом оценили будущее Европы и НАТО. Вацлав Гавел, первый президент Чехии после холодной войны, яростный и убежденный сторонник демократии, отметил: «Это первый саммит альянса, в котором принимают участие представители… стран, не более десяти лет назад являвшихся членами Варшавского договора… Будем же надеяться на то, что мы, таким образом, вступаем в мир, в котором судьбы народов решаются не с помощью мощи иностранных диктаторов, но самими народами и государствами». Если же это не так, мог бы он добавить, то нам следует быть готовыми защитить свободу, которую мы получили.
В 2004 году еще семь стран бывшего восточного блока присоединились к НАТО, которое все больше расширялось. Еще две страны, Албания и Хорватия, присоединились 1 апреля 2009 года, тем самым доведя общее число членов альянса до двадцати восьми. Некоторые другие страны, в том числе Украина, Босния, Молдавия и Грузия, также всерьез рассматривали перспективу вступления в Евросоюз и в НАТО.
