Многие годы спустя Роуэн встретил Элизу Бранд, но до того момента только однажды он искренне чувствовал себя частью этого мира: в то лето, когда играл в «Сильвер Свордс».
– Ты не заметила, в какую сторону смотрел кролик из ресторана? – спросил Роуэн. Может, он ошибся и не было никакой аномалии? Он понятия не имел, какого черта его так заинтересовали кролики из «Плейбоя», но не мог не спросить.
– Влево, – ответила Джули.
Роуэн кивнул. Правильно, значит.
– Прости, – продолжила она. – Может, и вправо.
– Уверена?
– Блин. Нет. Не помню.
Роуэн встал.
– Пойду я, наверное.
– Ого, – сказала Джули. – На романтическую комедию как-то не слишком похоже.
– Прости, – сказал Роуэн. – Ты не подумай, я очень хочу увидеться с тобой еще раз. Просто… плохо себя чувствую.
Он искренне хотел увидеться с Джули снова, но подозревал, что провалы в памяти и безумные заговоры из интернета не способствуют второму свиданию.
– А вдруг с тобой что-то случится? – спросила Джули.
Роуэна отбросило в день, когда Элиза Бранд попросила его придумать, как отличить его от злого двойника.
Это была она. Точно она.
– В смысле? – спросил он.
Соскочив с подвесного кресла, Джули подошла к рабочему столу из тика и достала небольшую деревянную шкатулку.
– Вот уйдешь ты от меня в три часа ночи после того, как потерял сознание, а с тобой что-то случится. Представляешь, каково мне будет?
Она была права.
Роуэн до сих пор не отошел и сомневался в осознанности своих решений. Ему нужно было сходить в банк и убедиться, что никто не влез в его ячейку, но банк открывался часов через шесть, не раньше.
– Расслабься, – сказала Джули. Достав из шкатулки косяк, она прикурила и плюхнулась на диван. – Я еще часок поиграю. Если хочешь, можешь остаться у меня на ночь. Ну или иди, не обижусь. Мой номер у тебя есть.
Роуэн представил, как выходит в холодную ночь и ждет такси, а потом посмотрел на Джули Фуруно, удобно устроившуюся на диване под пледом.
– Есть второй контроллер? – спросил он и сел рядом с ней.
– А я знала, что ты одумаешься, – сказала Джули, протягивая ему геймпад. – Только не тормози. Я обалденно играю.
– Думается мне, она мертвая, – сказала Мэйдэй.
– Думается мне, ты права, – ответила Эмили. Муха не двигалась уже долго.
Собравшись вокруг стола, они смотрели на муху, попавшуюся в ловушку пустой банки Пеппер.
– Никогда не видел таких насекомых, – сказал Конкорд. – Какой яркий окрас, и крылья длинные – прямо-таки маленькая стрекоза.
– Что думаете? – спросила Эмили. – Она ведь попалась.
– Что-то я сомневаюсь, Эм, – сказала Пеппер.
– На иллюстрации Мёбиуса девушка бежит за странной синей стрекозой, – сказала Эмили. – И называется она анаграммой карты. Не понимаю, в чем тут можно сомневаться.
– Весьма интересно, – произнес Конкорд, доставая с верхней полки книжного шкафа прямоугольную коробку.
– Это что?
– Оптический микроскоп, – ответил он, извлекая из коробки небольшой микроскоп с экраном – подобные часто встречались в школьных лабораториях.
– Хочешь сказать, у тебя совершенно случайно завалялся оптический микроскоп? – спросила Мэйдэй.
– Он тут уже был, – ответил Конкорд. Установив микроскоп, он включил его в розетку и вернулся за мухой.
Эмили с Пеппер, переглянувшись, поспешили к нему.
– Ты правда думаешь, что муха связана с картой? – спросила Пеппер.
Конкорд не ответил. Он видел лишь цель. Во взгляде его светился восторг, который Эмили моментально узнала. С таким же энтузиазмом она сама играла в игру.
Положив муху под микроскоп, он увеличил изображение.
Скрытых посланий на тельце не было, но и в интернете они не смогли отыскать ни единого вида мух, который соответствовал бы насекомому под микроскопом.
– Такое ощущение, что она искусственная, – сказал Конкорд.
– Маленький дрон, в смысле? – спросила Пеппер.
Он кивнул.
– Как вариант.
– Таких не бывает, – сказала Эмили.
– Нанотехнологии продвинулись гораздо дальше, чем многие представляют, – сказал Скарпио, склоняясь над мухой, – но настолько крохотных дронов я еще не видел.
Конкорд снова увеличил изображение, поочередно разглядывая крылья, а несколько секунд спустя выпрямился.
– Есть одна мыслишка, – сказал он.
– Не поделишься? – поинтересовалась Пеппер.
Конкорд улыбнулся.
– Но это же скучно. Куда веселее будет проверить на практике!
– Ну конечно, – сказала Пеппер. – Куда веселее.
Достав телефон, Конкорд сфотографировал экран микроскопа, показывающий увеличенное крыло.
– Что ты делаешь?
– Отправляю себе фотографию.
– Зачем? – спросила Эмили.
– Терпение, Эмили Коннорс. Скоро узнаешь, – сказал он и открыл снимок в редакторе на компьютере.
Где-то с минуту повозился, настраивая контрастность и прозрачность, а потом запустил другую программу.
– Это что? – спросил Скарпио.
– Программа для распознавания лиц.
– Но непростая, – заметил Скарпио.
– Прототип АНБ.
– Это многое объясняет.
– Чьи лица ты собрался распознавать на мухе?
– Не лица. Эта программа в целом отслеживает закономерности, причем в любых файлах – хоть в картинках, хоть в PDF.
– Такое вообще возможно? – спросила Мэйдэй.
