– Отсутствует со вчерашнего вечера? – то, что отвечал охранник, юношу абсолютно не устраивало, и с каждым вопросом он хмурился всё больше. – «Да что за херня тут творится?!» – Приготовь мне записи с камер наблюдения, мы сейчас подойдём, – он повесил трубку и обратился к Нии: – Похоже, администратор приболела, придётся мне провести для вас маленькую экскурсию, – Эдмон улыбнулся и протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Председатель встала, и Принц жестом пригласил её выйти из комнаты. – Прошу.
Кабинет охраны больше напоминал шпионское логово: маленькая комната с металлическим столом, на стене висели штук десять небольших мониторов, на которых просматривался весь клуб. Несколько шкафов, забитых какими-то коробками, ещё больше сужали пространство и без того крохотного помещения.
– Ты нашёл записи? – обратился Эдмон к невысокому седому мужчине лет сорока.
Охранник вздрогнул от неожиданности: – Этого дня нет, босс, – еле слышно сказал он.
– Что значит нет? – Эд подскочил к основному компьютеру и, вырвав мышь из рук мужчины, провёл несколько манипуляций. – Ни одной записи! – его глаза округлились от недоумения.
– Не верю я в совпадения. Похоже, кто-то уже тут пошуршал… – Ния, которая тоже подошла к столу, в задумчивости наматывала локон пшеничных волос на палец. – А куда, говорите, делась администратор? – она обратилась к охраннику.
«Даже к нему на “вы” обращается! И взялась уже командовать! – охранник вопросительно посмотрел на Эдмона, тот кивнул, как бы разрешая ему ответить. – Видела? Никто тут и пальцем не пошевелит без моего разрешения!»
Ния даже бровью не повела.
– Вчера Киса сказала, что выйдет ненадолго, а потом отправила СМСку, что ей стало плохо, и она поехала домой.
– Понятно, – Ли Уортли обратилась к Принцу. – Дашь мне знать, когда она появится?
– Всенепременно, – отчеканил тот и, подойдя к выходу, открыл перед Нией дверь.
Как подобает гостеприимному хозяину, Эд проводил председателя до самой парковки. И был крайне удивлён, когда увидел её средство передвижения.
«Что это за убожество?» – Интересный выбор для девушки!
– Так себе комплимент для Принца! – ответила Ния и, дав по газам с такой силой, что её железный конь чуть не встал на дыбы, уехала.
Эдмон не спеша вернулся в клуб. Эта надменная блондинка выбесила его ещё больше. Вечер не складывался, нервы были на пределе.
Он зашёл в кабинет. На столе в красном кружевном белье его ждала не явившаяся вовремя (или, скорее всего, выдворенная председателем) гоу-гоу. Она тяжело дышала, её длинные светло-русые волосы слегка растрепались, полные розовые губы были приоткрыты от желания: зная нрав Эдмона, танцовщица выполнила все указания и подготовилась как следует.
Принц не сказал ни слова, он молча подошёл и, грубо схватив её за шею, притянул к себе. Его поцелуй был агрессивным и настойчивым, дыхание сбилось ещё больше. Эд с силой держал её, не давая отстраниться слишком далеко.
«Красивая, но не похожа… Глаза карие, но не такие большие, волосы русые и не такие длинные… Слишком яркий макияж…»
Пока хозяин клуба рассматривал её, девушка уже расстегнула ему рубашку и брюки. Таким раздражённым она его видела редко, от этого было немного страшно, но в то же время адреналин делал все ощущения ещё ярче.
Он вошёл в неё резко и сильно, от чего сдавленный стон сорвался с губ и, звеня, завис в комнате. Принц не видел танцовщицу, перед его глазами стоял образ женщины на розовом «Эндуро». Остановившись лишь на секунду, юноша схватил её за волосы, его движения стали быстрыми и настойчивыми – это была злоба, перемешанная с желанием и возбуждением, – жгучий коктейль, из-за которого Эду хотелось не просто обладать девушкой, ему хотелось показать, кто здесь хозяин.
«Я проклята, – думала Мати, сидя на паре естествознания. – Ну почему первым делом с утра я должна лицезреть эту нахальную рожу?!»
Утром, когда Матильда, как всегда опаздывая, металась по комнате в поисках расчёски, её вдруг осенило. Она вспомнила, что на первую пару её группа ходит вместе с группой Влада. Стоило только подумать о нём, и девушку начинало трясти от бессильной злобы. В какой-то момент Мати твёрдо решила прогулять занятие и даже сказала Хею идти без неё. Однако, посидев ещё минут пятнадцать, она подумала о профессоре Рейвене. Это был её любимый преподаватель. Он мог сделать увлекательным даже такой мало интересующий Матильду предмет, как естествознание. Плюс, за каждый пропуск снимались баллы, довольно важные для итогового экзамена. В конце концов совесть совсем загрызла Мати, и девушка, спешно одевшись, побежала на учёбу.
