Сергос покачал головой. Марис не переставал его удивлять. Человек, который охотно рассказывает о том, что его ребёнком продали в бродячий цирк и выставляли как зверя на потеху публике, так драматизирует в общем-то безобидный факт того, что специфическая способность не развилась у него в полной мере. И это в то время, когда других талантов у него навалом. Мариса можно было называть разными словами, но вот ущербным он точно никогда не был.
– Ну, вот мы узнали, – Сергос развёл руками, указывая на себя и на Альбу, которая всё это время наблюдала за Марисом, склонив голову набок. – И что? Мы уже можем презирать тебя как неудачника или пока рано? Скажешь, когда начинать?
– Ладно, всё! – Марис поднялся. – Наверное, это и правда было глупо…
– Более чем, – обронила Альба.
Марис развернулся к ней.
– Да потому что ты глазами своими в самую душу смотришь, аж страшно становится! – выпалил он.
Альба подняла взгляд на Мариса, изогнула бровь.
– Ну, вот я и переволновался, – он резко перешёл на свою любимую шутовскую интонацию, очевидно, желая сгладить свой выпад.
Альба не стала ничего отвечать, только покачала головой и молча зашагала вниз по тропе.
– Пойдём уже, – бросил Сергос Марису и, не дожидаясь его, двинулся за Альбой.
– А вот и правильно! – Марис догнал их. – Хватит тут рассиживать!
Дневников Вессера в доме Натлики не оказалось. Хотя, по правде говоря, Сергос и не рассчитывал их там обнаружить. Если Натлика их нашла, то, несомненно, уничтожила, больно она их боялась, чтобы сохранить. Ну, а если они уцелели да так и лежат в тайнике, то нужно побыстрее забирать их оттуда и возвращаться в Гарден. Это путешествие уже успело утомить Сергоса. Хотелось простых человеческих радостей – помыться, побриться, переодеться в чистое, выспаться уже, в конце концов, в постели и нормально поесть. Побриться ему, правда, удалось, но он подозревал, что за неимением зеркала вышло не так, чтобы очень.
Альба выглядела измождённой, но на все вопросы упорно отвечала, что чувствует себя хорошо. Сергос этим словам верил слабо. Он устал, а что говорить о хрупкой девушке? Да и переживания ей бодрости не добавляли. Ночью она снова плакала, припухшие глаза явно указывали на это. Сергос сначала хотел поговорить с ней, но потом решил, что не стоит её доставать. Горе нужно просто пережить, и любые уговоры в этом помогают не сильно.
Марис, который всю ночь уничтожал браслеты, отказавшись от какой бы то ни было помощи в этом деле, напротив, выглядел неожиданно свежо.
– Так, давайте, идите вон туда, – Марис махнул рукой в сторону тропы, – а я тут немного приберусь.
– Что ты собрался делать? – спросил Сергос.
– Спалю все к шутовой матери, что!
– Это ещё зачем?
– Хочу так. Место здесь проклятое, пусть огонь очистит. И не надо, чтоб здесь возле нашей пещеры жилище оставалось. Ещё приманит кого.
– Ну, хочешь – так и делай.
У Сергоса не было никакого желания спорить с Марисом о необходимости разрушений. Никому этот дом и кузница больше не понадобятся. Пусть делает, что хочет. Да и Альбе, судя по её лицу, идея пришлась по душе. Может, ей так станет легче?
К закату они снова были у Райена. Река кипела и бурлила, став ещё более полноводной – где-то неподалёку шли ливни. Осень наступала.
– Куда теперь? – Сергос огляделся. – Пойдём вдоль реки или поищем тракт?
– Да по реке оно быстрее будет, – откликнулся Марис. – Может, ещё до ночи набредём на какую деревушку.
– По течению?
Марис прищурился, размышляя.
– Нет, вверх по реке пойдём. Нам, по уму, надо в Гурдже, чтоб лошадок взять. Я думаю, это в ту сторону. Дойдём до какого поселения, узнаем, где точно находимся, и сориентируемся.
– Может, там и лошади будут? – предположила Альба.
– Мы же в Лихе, Альба, – сказал Марис. – В этих приречных деревнях хорошо, если еду приличную удастся найти. Лошадей только в Гурдже купить можно. И то втридорога. Так что пешком нам ещё ходить и ходить.
Соображение Мариса о том, что к ночи получится добраться до деревни, начало подтверждаться уже через несколько сотен шагов. Они наткнулись на рыболовные сети в реке. А чуть подальше на тропинку, по которой, очевидно, к этим сетям спускались и, судя по её вытоптанности, более, чем часто.
– Так-так, – оживился Марис, – у нас появилась надежда на человеческий ночлег и ужин. Сейчас только в разведку схожу, гляну, что там и как. Подождите здесь, я мигом.
Марис быстрым, но удивительно мягким для его комплекции, шагом двинулся по тропинке. Сергос и Альба остались вдвоём.
– Устала?
– По правде сказать, да, – призналась Альба.
– Я тоже, – с пониманием вздохнул Сергос. – Ну, главное, что всё плохое уже позади. Потерпи ещё немного, скоро все закончится, – он протянул руку и легко потрепал её по плечу.
– Да ладно уж, Сергос, – она улыбнулась, впервые за два дня, – не такая я и слабая, не растаю.
– Я и не говорю, что ты слабая. Мысли даже такой не было. Просто ты хрупкая девушка, на которую столько всего свалилось за последнее время, и я… Мне хочется тебя защитить.
