- Да, - подтвердил Цент. - Сейчас-то я остепенился, поумнел, а вот по молодости такое вытворял, что вспоминать без чувства гордости не могу. Всякое было, всякое. Каждую неделю приходилось новую биту покупать, вот как жил! Как сейчас помню - возвращаюсь домой из ПТУ, а навстречу два очкарика из института. Подхожу, вежливо спрашиваю закурить. Мне в ответ - не курим. Предлагаю скинуться и сообразить на троих, а в ответ - не пьем. Я по бабам их и звать не стал, понял, что они и баб не того. Одного по очкам, второго по очкам. Деньги отобрал, учебники их в лужу бросил, потом и самих студентов туда же. А чего они, а? Не курим, не пьем.... Опухли!
После того как Цент озвучил приятное воспоминание из своей бурной молодости, Владик понял, что он в некотором смысле везунчик. Потому что если бы на месте теперешнего Цента был тот, молодой Цент, все могло быть намного хуже. Трудно в это поверить, но могло.
- Так что, Владик, за свое счастье нужно бороться, - подытожил наставление изверг. - Кто не борется, тому и счастья не видать. Хочешь бабу - отними. Хочешь денег - отними. Само ничего в руки не придет.
- Я подумаю, - пообещал Владик.
- Подумай, тоже дело, - кивнул Цент. - Пока ты думаешь, диггер на твою Машку залезет. А там, чего доброго, и второй следом за первым. А ты думай, Владик, думай. Глядишь, чего-нибудь и надумаешь.
Щедро отвалив программисту пищу для размышлений, Цент оставил его наедине с безрадостными мыслями, а сам догнал диггера Мишу с тал выяснять, далеко ли еще идти, и нет ли по пути пивного ларька. Разговор с бывалым и опытным Центом ничуть не облегчил жизнь Владика. Напротив, бывалый и опытный надавал таких советов, что волосы на голове встали дыбом. Убить Валеру. А потом и Мишу. А потом еще Машку избить до полусмерти. Да кем нужно быть, чтобы проделать все это? Только извергом и садистом, маньяком и психопатом. Нормальные цивилизованные люди так себя не ведут. То есть, раньше не вели, когда была цивилизация, а теперь настали времена хаоса и анархии, и успешен ныне будет не умный и законопослушный, а сильный, наглый и на все способный.
Владик вздрогнул. Неужели ему придется превратиться в Цента? Не только ради Машки, в конце концов, на ней свет клином не сошелся. А просто ради выживания. Неужели через несколько месяцев он станет таким же жестоким и бесчувственным извергом, готовым на все и на всех, лишь бы самому было хорошо и сытно? Это была пугающая перспектива. Пугающая, и в то же время странно заманчивая. В глубине души Владик всегда мечтал быть зверски крутым перцем, кем-то вроде Цента, только не таким отмороженным маньяком. Вот только он просто хотел быть крутым ради крутости, а не убивать людей налево и направо, не грабить, не морить кого-то голодом, не издеваться над безответными очкариками. Но возможно ли это? Возможно ли обрести великую крутость не превратившись в невыносимую свинью, образ и подобие Цента? Владик не знал этого, но чувствовал, что суровая жизнь в условиях зомби-апокалипсиса даст ему ответ на этот вопрос. Захочет он этого, или нет.
Шли долго. Вначале было страшно и интересно, поскольку никто, кроме диггеров, прежде по метро пешком не гулял. Затем, когда заболели ноги и спины, местные достопримечательности в виде бесконечного однообразного тоннеля приелись настолько, что глаза бы их не видели. Машка жаловалась то на мозоли, то на голод, Владику тоже хотелось, но он боялся Цента. Но даже изверг, и тот начал выражать недовольство от затянувшейся прогулки.
- Еще до первой станции не дошли, - ворчал он, шаря пальцами в пустом кармане в поисках сухариков. Тех не осталось. Их кто-то сожрал.
- Можем передохнуть, если устали, - предложил Миша.
- А смысл? - проворчал Цент. - Силы дает пища. Отдых без пищи - время на ветер. А время дорого. Поднажмем, братья и сестры. Нужно найти гастроном и спасти мир.
- Можно рискнуть подняться на поверхность на следующей станции, - предложил Валера.
- Да? И зачем? - не понял изверг.
- Там можно поискать еды.
- Поискать-то можно, вот только хрен найдешь. Все шашлычные и бляшные у метро преступным образом снесли слуги народа, потому что они в метро не ездят и им до задницы, а другой еды там нет. Разве что зомби поймать и запечь на углях.
- Они же тухлые! Фу! - возмутилась Машка.
- Ну, если тебя зомби не устраивают, можно и другой вариант подыскать, - заметил Цент, многозначительно косясь на Владика. Программисту стало не по себе. Дурные предчувствия овладели им.
- Скажите, а кто же все-таки устроил весь этот зомби-апокалипсис? - спросил Миша. - Кто те злодеи, с которыми вы собираетесь бороться?
- Они называют себя Последним орденом, - поделился информацией Цент. - Это что-то вроде секты. Тоталитарной. Для православного человека это уже достаточный повод, чтобы взять в руки биту, но на этом их злодеяния не заканчиваются. При помощи секатора правды я вызнал страшное: оказывается, эти сектанты вздумали призвать в наш мир какого-то злого бога. Зомби-апокалипсис, это только начало.
- Только начало? - простонал Миша. - Какое же будет продолжение?
