Владику и самому не хотелось. Он кое-как поймал равновесие, и продолжил свой нелегкий путь. Когда первопроходец преодолел две плиты, на забор ступил Цент. Шел спокойно, без суеты, равновесие сохранял без труда. Зомби, тянущие к нему руки и скалящие зубы, немного нервировали, но Цент старался не обращать на них внимания. Все его мысли были заняты предстоящей трапезой. Пускай магазин побережется, его ждет разгром и опустошение!
На четвертой плите Цент догнал Владика. В программисте перегорел последний грамм храбрости из тех пяти, что были в самом начале, и теперь он стоял на месте, раскачиваясь, как мачта парусника в шторм.
- Ты стоишь между мной и сервелатом, - сообщил ему Цент.
- Не могу! - ревел Владик, у которого натурально подкашивались ноги. Мышцы не слушались, тело сковал паралич, мочевой пузырь едва не лопался под давлением отваги.
- Тогда я тебя скидываю, - обрадовал его изверг. - Мне надо вперед. Не можешь идти - освободи дорогу.
- Дай мне вернуться на крышу.
- Возвращаться - плохая примета. Это неприемлемо. Давай, короче, прыгай вниз. Смотри, как они тебя хотят. Что, вурдалаки, хотите очкарика?
Зомби, словно поняв человеческую речь, зарычали громче прежнего.
Мысленно призывая на голову Цента гнев божий, Владик сдвинулся с места и пошел вперед. Для него это был подвиг, но изверг не оценил, продолжая торопить и угрожать.
- Да шевели ты окороками! Вот же черепаха! Тут места столько, что на велосипеде проехать можно, а он пройти не может. Теперь понятно, почему таких вот, как ты, инвалидов без диагноза, в армию не берут. Не придумали еще таких войск, где ты мог бы служить. Белый билет, Владик, твой диагноз по жизни. Поэтому единственная баба, которая тебе дала, оказалась сорокалетней страхолюдиной с пикантным прошлым. И то удивляюсь, что она в тебе нашла? Наверное, на приданное твое польстилась. Больше, потому что, не на что.
Трудно сказать, была ли тому виной обличительная речь Цента, но Владик вдруг оступился и рухнул промежностью на торец бетонной плиты. Мужское начало приняло весь удар на себя, а тот был столь силен, что у Владика на мгновение отключилось сознание. Это мгновение было самым счастливым за последние дни, потому что в наступившей тьме не водился Цент.
Владик очнулся от дикой боли - та была такой сильной, будто между ног взорвалась граната. К тому же кто-то бил его по голове и что-то требовал невыносимо гнусным голосом. Еще кто-то настойчиво хватал за ногу.
- Очкарик, хватит визжать, уши вянут! - требовал Цент.
Первая, самая мощная волна боли отступила, и Владик понял, что он кричит. Не сразу удалось понять, что происходит, а когда он опустил взгляд, то увидел, как руки мертвецов лапают его ногу, силясь ухватить половчее и сдернуть добычу вниз. Страх перед съедением оказался сильнее болевых ощущений. Владик попытался вновь встать на торец плиты, но не мог - не хватало силы в руках, страх парализовал мышцы, сокрушенное об бетон хозяйство отзывалось чудовищной болью на каждое движение.
- Угораздило же связаться с этим дураком! - возмущался Цент. - Почему на период зомби-апокалипсиса компанию мне не составил крутой перец вроде меня? Почему попался лох? Ты, убогий! Я считаю до двух, до трех тебе жирно, и тогда....
- Я не могу встать! - прорыдал Владик, мечтая умереть и попасть в ад: рогатые черти, вечные муки, жарка на сковороде и никакого Цента - восхитительно!
Цент схватил Владика за шиворот и легко вздернул на ноги. Тот стиснул зубы так, что чуть не откусил себе кончик языка. О том, что творилось в штанах, не хотелось и думать, но судя по ощущениям, ничего хорошего. Сможет ли он теперь стать отцом, или хотя бы матерью?
- Не беси меня, очкарик! - потребовал Цент.
- Боже, как больно, - рыдал программист.
- Если не заткнешься, я ногой добью то, что ты сам себе не добил об плиту. Иди, тупой, да живее!
Путь до угла был долог и труден. Владик несколько раз едва не срывался с забора прямо в лапы к зомби, и идущий позади Цент ни разу не предпринял попытки помочь ему. Владик не держал за это зла на изверга, напротив, радовал уже тот факт, что садист из девяностых не подтолкнул его в объятия верной смерти. А он мог. Наверное, просто не догадался. Или припас для несчастного программиста нечто куда более кошмарное? Владик не хотел даже думать об этом.
Когда они достигли угла забора, оправдались худшие опасения Владика. План Цента заключался в том, чтобы добраться до магазина по проводам. Вот для чего ему нужен был первопроходец. Не для того, чтобы испытать надежность бетонных плит, а чтобы проверить - выдержат ли провода вес человеческого тела. А заодно убедиться, что те не под напряжением, потому что всякое ведь может быть.
- А если он под током? - заныл Владик.
- Смотри на вещи с позитивной стороны, - посоветовал оптимист Цент. - Если упадешь на землю живой, тебя загрызут зомби, а это больно. Ну а если ушибет током, то отмучаешься быстро и без криков. Лезь, очкарик, не тяни время. Ты и так сегодня заслужил весьма суровое наказание, не усугубляй.
