Пока Цент подготавливал клиентов к допросу, Владик стоял на стреме, то есть следил за зомби на улице. Однако толстые стекла витрины глушили все могущие долететь изнутри звуки, поэтому мертвецы вели себя спокойно, продолжая стоять на месте или бесцельно ходить кругами. Что бы там ни говорил изверг, Владик точно знал, что их пленники никакие не колбасные зомби, а обычные люди. Люди, являющиеся частью общины выживших. Нормальные, цивилизованные люди. Люди, с которыми он хотел бы остаться, покинув кровожадного уголовника. И вот этот единственный шанс на спасение сумасбродный Цент намеревался замучить пытками. Это было невыносимо. Конечно, у Владика был пистолет, и он мог, чисто теоретически, угрожая им, заставить Цента освободить пленников и сбежать с ними. Но ведь Цент его найдет. Обязательно найдет. Из этого кошмара был лишь один выход - застрелить изверга. Но Владик точно знал, что не сможет этого сделать.
Цент закончил приготовления и позвал к себе Владика. Программист не мог помешать садисту, но и видеть все это он тоже не хотел. Но Цент был иного мнения.
- Будешь ассистировать, - сказал он. - Пора тебе учиться нужным вещам. Для начала принеси мне соль. Я вон там, на полке видел.
Владик исполнил поручение, про себя гадая, на кой черт извергу понадобилась соль. Ответ не заставил себя долго ждать. Цент разорвал картонную пачку, зачерпнул щепотку, затем пальцем приподнял веко одному из пленников и сыпанул ему соль прямо в глаз. Владик содрогнулся, едва сдерживая тошноту, но страдальцу было куда хуже. Он тут же пришел в себя и забился в конвульсиях, мыча сквозь скотч как бешеная корова.
- Штука эффективная, и экономная, - заметил Цент. - Паяльником каждый сможет, но его еще найти надо, не всегда ведь под рукой. Нужно уметь терзать подручными средствами. Вот соль в каждом доме есть.
- Не надо, а? - взмолился Владик.
- Погоди, я только начал. Он у меня все расскажет! Вот увидишь, никакой это не живой человек, а колбасный зомби. Я его сразу раскусил, потому что глаз наметан, а ты неопытный, наивный, вот и повелся на его лживые речи.
Владик ждал, что после соляной пытки Цент начнет задавать пленнику вопросы, но ошибся. Когда страдалец перестал дергаться и мычать, Цент нежно взял его за мизинец левой руки, и, не меняясь в лице, сломал человеку палец. Хрустнули кости, бедняга опять забился в конвульсиях. Владик зажал ладонями рот и бросился за стеллаж.
- Добрый труд аппетит пробуждает, - сказал Цент, ножом сдирая шкуру с колбасного полена. Для пробы потыкал клинком батон, и покачал головой - тот изрядно почерствел, но был еще вполне съедобен. Куда большие надежды Цент возлагал на консервы, у тех, как известно, срок годности измеряется годами.
- Очкарик, иди сюда. Или ты не голодный?
Владик был зверски голоден, но последние события изрядно подпортили ему аппетит.
- Давай позволим им все объяснить, - попросил он Цента.
- Рано, - мотнул головой изверг, погружая в себя четырехэтажный бутерброд, состоящий из колбасы, другой колбасы, еще колбасы и опять колбасы. - О-о.... Блаженство! Давно я об этом мечтал.
- О колбасе? - удивился Владик, поражаясь убожеству чужих мечтаний. Сам он мечтал о более возвышенных вещах, например о соседке Машке, которая никогда не обращала внимания на щуплого очкарика, или о волшебном мече с тремя гнездами для рун и бонусом к урону магией.
- Не о колбасе, а о бесплатной колбасе. Приходишь в магазин, берешь все, что хочешь, и ничего за это не платишь. Разве бывает на свете что-то лучше этого?
Владик хотел ответить, что лучше бесплатной колбасы новый мощный компьютер, на котором не виснут даже самые крутые игры, но решил, что Цент воспримет его вариант как святотатство.
- Давай их послушаем, - опять затянул Владик. - Я уверен, что они не зомби, и все произошедшее является чудовищной ошибкой.
- В чем ошибка-то? - не понял Цент, принимаясь за второе полено сервелата.
- Ну, как же. Если они не зомби, то ты, получается, ни за что пытаешь обычных людей.
- Как это ни за что? А покушение на колбасные запасы?
- Да, но ведь это же не твоя колбаса. Они тоже имеют на нее право.
Цент сотворил колоссальный бутерброд, разрезав батон пополам и начинив его колбасным ассортиментом, после чего откупорил баночку пива и осушил ее залпом. Переживать зомби-апокалипсис в магазине было гораздо приятнее, чем бегать по полям.
- Ты ошибаешься, - возразил он программисту. - В мире свободы и вседозволенности прав тот, кто сильнее. У кого кулаки больше и калибр крупнее, тот и прав, а кто лох, тот лох по жизни. Они пришли сюда, и хотели забрать колбасу. Но я объяснил им, что они не правы. Колбаса моя!
- Но ведь это какой-то первобытный порядок вещей! - замотал головой Владик. - Мы же цивилизованные люди, а не дикари.
- Не первобытный, а естественный, - поправил его Цент. - В мире животных все так живут. Сильные и зубастые едят слабых и беззубых. Если хилый и постоять за себя не можешь, то сам виноват - надо было эволюционировать, а не клювом щелкать.
